Не его песня

Скрипичный ключ, сердца, песня

 

Текст участвует в конкурсе рассказов «История любви».

Об авторе (от первого лица): Я, Дзугаева Ирина Ирбековна, родилась в Северной Осетии 13 августа 1974 года. Проживаю во Владикавказе. Работаю учителем русского языка и литературы в МБОУ СОШ №46, которая носит имя генерал-майора Героя Советского союза Дзусова Ибрагима Магометовича.

Но рассказ мой посвящен другому человеку, который родом из моего детства. Который в маленьком осетинском селе Комсомольское был легендой и беспрекословным примером для всех. Мой рассказ, который я назвала «Не его песня», основан на реальных событиях. И имена собственные сохранены, так как я посчитала неблагодарным менять имена женщин-учителей, которых знала лично. Ну и конечно, главного героя, которого мы так уважали, что порой не знали как себя вести в его присутствии…


 

Первые воспоминания, связанные с этим человеком, разливались вместе с его песней по полям нашего колхоза «Комсомолец». Песню, написанную им в далекие фронтовые годы, мы, участники школьной агитбригады, исполняли на каждом выезде к механизаторам и работникам МТФ. Эта песня, как неотъемлемая часть жизни, была знакома, пожалуй, с рождения каждому сельчанину.

 

Что скрывать, кого сильно люблю я,

Кого сильно люблю я.

Мой единственный, тебя одного жду я,

Тебя только жду я.

На пиру бываю, меня спрашивают

Меня спрашивают.

Тебя сватают, а ты замуж не выходишь,

Замуж не выходишь.

Кому сказать мне о своей тайне,

О своей тайне.

Ведь он сделает из нее большое дубовое дерево,

Большое дубовое дерево.

А может поведать все своей маме,

Все своей маме.

А вдруг и она не поймет,

И она не поймет.

Утренняя роса на траве осталась,

На траве осталась

Любовь моя недосказанной оказалась,

Недосказанной оказалась *.

 

Все знали и историю рождения этой песни. Историю неразделенной любви…

Дзиов Хадзбечыр, молодой талантливый юноша с невероятным обаянием, свел с ума не одну девичью головку. Но какая осетинка посмела бы в открытую заявить о своих чувствах неприступному, как скала, юноше? На тот момент Хадзбечыр заканчивал литературный факультет педагогического института ,и планы у него были далеко идущие. Да и о семье он пока что и не помышлял.

Ах, война, война… Что же ты делаешь с человеческими судьбами? Зачем заставляешь давиться их собственными мечтами? Ведь каждый человек рожден для доли, во главе которой стоит Созидание! Но далеко не разрушение! А ты черным грязным сапогом наступаешь на все, что излучает свет. Ты, творение рук человеческих, бесцеремонно уничтожаешь его же! А он понимает, что избавиться от тебя уже невозможно, что ты оказался в разы сильнее его самого. Но что-то же должно быть сильнее тебя?

Залухан работала в местной школе учительницей начальных классов. Редкого нрава осетинка. Обычно горские девушки умеют прятать свой нрав, а часто и вовсе избавляться от тех черт, которые не красят девушку-осетинку.

Залухан была другая. Молоденькая, но бойкая девушка, была любимицей детишек. Они так и носились за ней. Ее заливистый смех вызывал у сельчан противоречивые чувства: помоложе — улыбались, постарше — недовольно морщились. А с нее, как с гуся вода.

Девушка тоже училась в городе, но как-то не приходилось пересечься с Хадзыбечыром. А ей так хотелось увидеть юношу, о котором шептались почти все девушки села, в том числе и ее подружка Хадизат, работавшая с ней в школе.

Девушка помнила этот день до конца дней своих…

Война уже началась. Люди в глубинке не совсем понимали суть этого страшного слова «война» ровно до того момента, пока не призвали на войну первую группу мужчин. Среди них был и Хадзыбечыр.

Юноша приехал с города на рейсовом автобусе, чтобы попрощаться с семьей и провести с ними несколько дней.

Через три дня приехали из военкомата, чтобы забрать людей.

Залухан, даже не подозревая о том, что то, о чем она так долго грезила, случиться именно сегодня, вышла провожать односельчан вместе с соседями.

Фигура Хадзыбечыра выделялась на фоне других мужчин. Высокий, подтянутый красавец; не заметить его невозможно было.

Залухан, не помнила до этого дня, что означает понятие «предобморочное состояние». Сейчас она прекрасно понимала, что если не вцепиться в Хадизат, то скорее всего окажется лежащей на земле. Поняла она еще и другое: без присутствия этого юноши в ее жизни, она, жизнь, потеряет всякий смысл.

На секунду Залухан показалось, что их взгляды пересеклись, и это было сравнимо с ударом молнии. Девушка не слышала плач женщин, голос Левитана из радио, голос Хадизат, тянущей ее в непонятном направлении. Она не моргая смотрела на парня и все остальное не имело уже никакого смысла.

Очнулась она от звука сапога Хадзыбечыра, ступившего в автобус, и вот тогда… И вот тогда весь мир рухнул. Безудержное отчаяние захлестнуло Залухан, и она заголосила, зашлась в рыдании. На время все затихли: никто не плакал, никто не разговаривал, не прощался. Сельчане с недоумением смотрели на девушку, которая пару минут назад смотрела на людей с каменным лицом, как-будто все происходящее ее не касалось, и ничего не понимали. Хадизат пыталась успокоить подругу, но бесконечные соленые струйки стекали по смуглым щечкам девушки, в одночасье нашедшей и теряющей любовь.

Автобус тронулся, и вместе с автобусом тронулась и девушка. Она бежала за ним, как лань, пытающаяся догнать своего детеныша, дабы спасти его от опасности. А сельчане стояли, и каждый с непонятным чувством спрашивал себя: за кем же она бежит? Ведь из ее семьи никто не ушел на фронт.

Жизнь в селе круто изменилась. День начинался с голоса Левитана, а он вещал не всегда хорошие новости. Теперь все знали, что ради Победы необходимо трудиться в разы больше. Залухан с Хадизат после школы тоже отправлялись или на поле, или на элеватор. Но больше не слышно было звонкого голосочка веселой и дерзкой девушки. Как будто что-то в ней надломилось. После того случая, сельчане, все еще не понимая ее состояния, старались ее не задевать; никто над ней больше не подтрунивал, ни о чем ее не расспрашивали. Даже Хадизат не знала, с какой стороны подступиться к подруге, чтобы выяснить истинную причину происшедшего.

Узнать же причину переживаний Залухан Хадизату удалось. Но лучше бы этого не случилось, потому как в село пришла первая похоронка. И получила ее Залдуз на своего единственного сына Зелима. Юноша даже не успел обзавестись семьей. А несчастную женщину, которая не оставила живого места на лице и на руках, мало утешало то, что Зелим погиб героически.

Тот, кто не знает, что такое похороны в Осетии, может меня не понять. Здесь нет горя одного человека, одной семьи, одной фамилии. Это всеобщая боль, даже в мирное время.

Сотни, а может и тысячи людей со всего района и со всех ущелий Осетии стекались к дому Залдуз.

Залухан и так замкнулась в себе после ухода Хадзыбечыра на фронт, а сейчас стала напоминать тень, повторяющую чужие движения, но ничего не ощущающую. В ее душу закрался страх, которого она доселе не испытывала. Нет, это не был страх перед врагом, страх лишиться жизни. Это было нечто больше – страх потерять. Потерять того, кто не успел стать для нее кем-то важным в реальности, но стал до боли родным в сердце, в душе.

Зелима похоронили. Долго еще не расходились сельчане, надеясь хоть как-то утешить мать, оплакивающую свою единственную надежду и опору.

«Для чего мне еще жить, для чего?», — причитала Залдуз, и от ее слов сердце Залухан леденело.

Прибравшись в доме и подметя двор, Залухан и Хадизат, попрощавшись с Залдуз и остававшимися в доме родственниками, отправились домой. Хадизат была озабочена тем, что ее подруга не произнесла ни звука с того момента, как пришла похоронка на бедного Зелима.

— Ты его любила? — с осторожностью спросила Хадизат.

— Кого? — нехотя ответила Залухан.

— Зелима, кого же еще?

— Кого же еще… Есть, кого еще…

— Неужели кого-то другого?

— Кого-то другого… Наверное, кого-то другого…

— Ты издеваешься надо мной? Мы ведь с детства не разлей вода. Нет такой тайны, которую я бы тебе не смогла доверить! А ты… С того дня, когда мы провожали уходящих на фронт, ты так изменилась! Я тысячи раз прокручивала в голове всех, кто сел тогда в этот автобус и так и не смогла понять, из-за кого ты так страдаешь… Из-за кого, Залухан?

Залухан пристально смотрела в глаза подруги, опустила застенчиво глаза, а потом прошептала заветное имя: «Хадзыбечыр…»

— Хадзыбечыр?! Да ты что, подруга? Ты ведь видела его всего один раз, и то несколько минут? — усмехнулась Хадизат.

Горькие слезы полились из карих глаз Залухан, и непонятно было, то ли плачет она из-за этих нескольких минут, которыми одарила ее судьба, то ли из-за того, что чувствует безнадежность своей любви. Она молча направилась в сторону дома, и Хадизат поплелась вслед за ней.

Вскоре Залухан обратилась к подруге с просьбой, которую, узнав, смело могли признать непристойной. Хадизат соседствовала с Дзиовыми и часто помогала матери Хадзыбечыра доить корову. Какого же было ее удивление, когда Залухан попросила ее выведать фронтовой адрес юноши. Но чего не сделаешь ради подруги, лишь бы облегчить ее страдания? Так что адрес она раздобыла. И полетели письма-ласточки…

Хадзыбечыр воевал тогда под Смоленском. Он был рад письму из родного села, но еще больше был удивлен. Ведь он совершенно ее не помнил. Ребенком — помнил, а вот взрослой девушкой — нет. В его памяти всплывали какие-то клочки воспоминаний с того дня, когда он уезжал на фронт, но толком ничего и не вспомнил.

Письма были сдержанными, наполненными событиями из жизни села, ее собственной жизни, просьбами беречь себя, но сколько же огня читалось между строк. Как только бумага это выдерживала и не загоралась под чувственным натиском влюбленной девушки.

Но не трогало пламя писем сердца юноши.

Ах, если бы получить письмо от Хадизат! Пусть не такое длинное, всего в пару строк. Как бы он прижал к сердцу этот драгоценный кусок бумаги!

Хадизат была младше Хадзыбечыра на пять лет. Она выросла у него на глазах. Хадизат была родом из соседнего селения Заманкул, а ее родной дядя был их соседом. Каждые выходные, каждое лето девушка проводила у дяди. А после окончания педагогического техникума вообще осталась работать в местной школе.

Хадзыбечыр как-будто был уверен, что ему не нужно думать о том, когда же он встретит свою возлюбленную и создаст семью. Хотя он с девушкой никогда и не обмолвился о своих чувствах, но был уверен, что она предназначена ему судьбой.

А Хадизат даже не думала ему писать. Когда мать Хадзыбечыра получала письма от сына, разве что в ответе просила передать привет. Но и это согревало сердце юноши, выжидающего налет врага в холодном окопе.

Залухан же стала писать почти каждый день. Многие из этих писем были похожи, потому как в маленьком селении в сто с лишним дворов особых событий не происходит. А о своих чувствах писать она не могла. Он воспринял бы это, как дерзость.

Жизнь девушки превратилось в сплошное ожидание. Но она чуть оживилась. Ее грела одна лишь мысль, что руки возлюбленного трогают лист бумаги, который до него в руках держала она. Она выводила аккуратно каждое слово, вроде бы простое человеческое, но так больно кричащее о любви.

Солдат с каким-то чувством вины читал письма от односельчанки. Понимая, что не может ответить ей взаимностью, долгими ночами размышлял: как же ему поступить? Ответить или нет? Боялся, что девушка воспримет это, как надежду.

Он и не понимал, какой повод подал, чтобы Залухан так тепло начала к нему относиться? Порой он так уходил в свои мысли, что четко начинал понимать глубину ее переживаний, чувство вины сковывало грудь, и он засыпал тревожным фронтовым сном.

Один такой сон помог родиться стихам. Стихам, которые не должны были принадлежать его перу. Ведь в стихах были переживания девушки из родного осетинского селения. Он сотни раз их перечитывал, не понимая, почему они родились у него в голове. Но зато понимал, для кого… Эти стихи так напоминали еще одно письмо девушки!

И он отправил одно-единственное письмо, прервавшее череду писем от Залихан, безнадежно влюбленной в него. Она больше не писала… Не писала потому, что в этих стихах было то, что она не смела написать ему сама и в чем не хотела признаваться даже самой себе.

Читатель, тебе интересно узнать финал этой грустной истории любви?

Хадзыбечыр вернулся с фронта в 1944 году с тяжелыми ранениями и многочисленными наградами. Его сразу отправили в Крым подлечиться.

По возвращении он занялся журналистской деятельностью, а вскоре возглавил почтовое отделение в родном селе.

На Хадизат он все-таки женился, несмотря на ее долгое упорство. Она видела в этом предательство по отношению к подруге. Но узнав о намерении Хадзыбечыра жениться на Хадизат, Залухан сама дала ей понять, что дело прошлое. Но проживая в таком маленьком селе, девушка умудрялась никогда не пересекаться с парнем, да и отделение почты она никогда не посещала.

Однажды вечером Хадизат возилась на кухне. Хадзыбечыр хотел зайти на цыпочках и напугать ее. Какого же было его удивление, когда он застал ее напевающей песню, мотив которой ему был неизвестен, а вот слова…

На вопрос, что за песня, Хадизат весело ответила: «Даже не знаю! Ее постоянно напевает Залухан. Все время! Как-будто других песен нет. Вот и засело в голове».

И унеслись мысли мужчину в далекий Смоленск, в холодный окоп, в тот странный сон, что навеял не его песню.

___

 

* Перевод песни с осетинского Эльвиры Кусовой и Хусена Шалова. (Перевод песни не очень удачный, потому как некоторые фразы с осетинского языка не так просто перевести… Увы, Дзиова Хадзыбечыра давно уже нет в живых, но стихи, ставшие песней, живут по сей день.)

 

© Ирина Дзугаева

Услуги опытного редактора, а заодно и корректора через Интернет. Ваш текст причешет и отутюжит Олег Чувакин. Вам сюда!

Подписывайтесь на «Счастье слова» по почте!

Email Format
142

4
Отзовись, читатель!

avatar
3 Ветка отзывов
1 Ветка ответов
0 Подписчики
 
Наибольшее число ответов
Горячая тема
4 Число отозвавшихся
МаринаИрина ДзугаеваНина КовальчукДжус Авторы последних отзывов
  Подписка  
Подписаться на
Джус
Гость
Джус

Такое печальное переплетение судеб! Очень проникновенный рассказ! Читала на одном дыхании

Нина Ковальчук
Гость
Нина Ковальчук

Хорошо, что Вы написали об этих людях. Благородство — прекрасная черта, но как будто притупилась временем, больше присуща не нашим современникам, а людям, жившим до нас. Ваши герои — именно такие. Чистые, человечные, благородные. Спасибо за них.

Ирина Дзугаева
Гость
Ирина Дзугаева

Спасибо Вам за то, что нашли время прочитать «мою» историю. И, конечно, за добрые слова. Для меня они очень важны.

Марина
Гость
Марина

Читаю, и знакомая с детства мелодия звучит в голове… как будто я всегда знала историю рождения этой песни… Насколько люди были чище душой…