А счастье всегда было рядом

Заварное пирожное, утро, кофе, фото

 

Текст участвует в конкурсе рассказов «История любви».

Об авторе: Иванова Татьяна Ивановна.


 

Вам по душе сайт «Счастье слова»? Он работает без рекламы, на голом энтузиазме! Поддержите его владельца, купите сборник лирических рассказов «Многоточия»! Всего двести деревянных! Сюда, пожалуйста.

— Ну, наконец-то наступили каникулы, — Сережка блаженно улыбался тоненькому лучу солнца, робко пробившемуся через едва заметную щель между закрытыми плотными шторами.

Сегодня не было причин вставать рано, и мальчишка дрыхнул до обеда. Возможно, если бы его разбудили, он бы и встал раньше. Но будить было некому — родители на рассвете уехали в областной центр по «очень важным делам». Какие у них там были дела, они сыну не доложили, но поскольку их до сих пор еще не было, видимо, дела эти действительно имели важность.

Включив радио и фальшиво, во весь голос, подпевая солисту популярного ВИА, пацан начал одеваться. Попытался прибраться в комнате, но быстро потерял интерес к этому неблагодарному делу. Зато нашел другое интересное занятие — стал гримасничать перед зеркалом, изображая звезду эстрады.

Это издевательство над музыкой продолжалось бы долго, если бы в зеркальном отражении Сережка не заметил стоящих в дверях и наблюдающих за ним родителей. За громкими звуками он не услышал, когда они вошли. Мальчик прикрутил звук радио, и, повернувшись, изобразил на лице радушную улыбку.

— Репетирую, — пояснил он.

И тут с удивлением заметил, что папа с мамой были не одни. Рядом с ними стояла маленькая, худенькая девчушка с огромными светлыми глазами.

— Вот, Сережа, познакомься, — мама нежно подтолкнула девочку к сыну, — это Танюша. Ей, как и тебе, одиннадцать. У нее нет родственников, до сегодняшнего дня она жила в детском доме.

— А теперь у нее будет семья, — добавил папа.

— Ведь ты же всегда хотел иметь братика или сестричку, — широко улыбнулась мама.

«Да, хотел, — ошарашенный новостью, Сережка даже потерял дар речи, — только хотел лет восемь назад и не свою ровесницу, а хотя бы года на два младше».

А девочка просто испуганно смотрела на мальчика и знакомиться не спешила. Она была растеряна и не знала, как себя вести.

— Сергей, — немного помолчав, первым спохватился мальчишка.

— Таня, — тихо ответила она, и ее крохотная ладошка робко задрожала в его руке.

— Ну, вот и познакомились, — засмеялся отец, — а теперь давайте привыкать друг к другу.

Таня оказалась на редкость хорошей, доброй и веселой девочкой. Она никого не напрягала, ни с кем не ссорилась, не капризничала. Более того, помощь родителям по дому Танюша взяла на себя, чем очень облегчила жизнь ленивому разгильдяю-братцу.

— Давай я застелю твою кровать, — улыбаясь, заглядывала она по утрам в комнату Сергея.

— Я сама помою посуду, — суетилась после обеда.

И разбросанные книги и вещи убирала, и одежду гладила, и уроки учила за себя и за брата. Сережка был на седьмом небе от счастья.

Друзьям пацана Таня тоже сразу понравилась. Она хорошо пела, писала стихи, красиво рисовала, а еще играла вместе с мальчишками в футбол, лазала по деревьям и плавала с ними на плоту. С ней было интересно и весело. Ее хвалили все и всюду, и Сережка этим чрезвычайно гордился. Такой, как у него, сестры не было ни у кого.

К радости родителей, дети быстро подружились, и уже очень скоро не могли минуты прожить друг без друга.

Но если Сергей относился к девочке, как к любимой сестре, то во взгляде Тани рисовалось несколько иное чувство к брату. Она смотрела на него часто и много и словно не могла насмотреться. И в этот момент сильно-сильно билось ее маленькое чувственное сердечко.

Школьные годы пролетели быстро, вот уже позади выпускные экзамены, а впереди — серьезная, взрослая жизнь. Таня была готова к этому, Сережка — нет. Целыми днями он дурачился и расставаться с детством не собирался. Это доводило маму до слез.

Как-то вечером, когда родителей не было дома, Таня решила провести с братом воспитательную беседу.

— Я-то, понятно, пойду на журфак, — рассудительно начала она, — а тебе надо поступать на юридический.

— С чего это? — засмеялся Сергей, — с чего ты взяла, что из меня юрист получится?

— У тебя аналитический ум, хорошая логика и обостренное чувство справедливости. Из тебя выйдет отличный адвокат.

— Ох, Танька, ты видишь во мне даже то, чего нет, — Сергей обнял сестру и поцеловал в щеку, — какая же ты у меня замечательная…

У Тани даже сердце затрепетало от этого нежного поцелуя.

Резкий звонок заставил ребят подскочить от неожиданности и замереть на секунду. Но тут же, рассмеявшись, они наперегонки бросились к телефону. Первой схватила и прижала трубку к уху Таня.

—Алё, — весело крикнула она, — я вас внимательно слушаю!

И тут же она побледнела и медленно опустилась на стоящий рядом стул.

Как раз в эту самую секунду в их дом пришла беда. Страшная, нелепая. При въезде в город грузовик выехал на встречку и врезался в их старенький автомобиль. Родители погибли на месте.

Вот и все. Планы и мечты рухнули разом. Близких родственников у ребят не было, а надо было как-то жить дальше. Самим себя обеспечивать, самим обустраивать свое будущее и самим решать свои проблемы.

Таня, настояв на том, чтобы первым поступил в институт Сергей, устроилась на работу секретаршей и, попутно подрабатывая шитьем и вязанием, стала содержать себя и брата-студента.

— Спасибо, Танюшка. Но обещай, что, как только я закончу и начну работать, ты поступишь на свой журфак, — в тот момент Сергей был уверен, что именно так все и будет.

Конечно, было трудно. Заработков Тани едва-едва хватало на жизнь. Но она при этом старалась баловать брата, покупала ему современную одежду, одеваясь сама при этом более чем скромно. Сослуживицы частенько, не стесняясь, подтрунивали над ее старенькими, хотя и безупречно чистыми платьями, и отсутствием украшений. Таня молча терпела насмешки. Ради любимого брата она готова была выдержать всё.

Сергей поначалу действительно был ей благодарен. В редкие минуты отдыха старался уделить внимание, сводить на прогулку. Но потом, видя, как невыгодно Таня отличается внешним видом от его однокурсниц, стал ее стесняться, а на последнем курсе женился на взбалмошной, капризной красотке Виолетте, с которой познакомился на дискотеке. Девица была не из местных, нигде не работала и не училась, но вела себя так, будто только что спустилась со звезды. Манерничала, высокомерно крутила носом и всем своим видом показывала превосходство над окружающими.

Таня из своих небольших запасов оплатила свадьбу. И буквально через неделю после торжества услышала:

— Тань, а давай, ты снимешь квартиру. Все-таки у нас молодая семья. Втроем жить как-то не очень.

— Конечно, — скрывая слезы, ответила девушка.

— Только, Танюш, — потупив взгляд, продолжил Сергей, — ты ведь нас поддержишь материально? Хотя бы годок. Пока Виолетта куда-нибудь устроится.

— Да…

Таня съехала на следующий день. Она продолжала много работать и подрабатывать. Платила за квартиру, остальное отдавала молодой семье. На себя не оставалось ни денег, ни времени. Но девушка не теряла надежды на то, что когда-то ей станет легче и она сможет, наконец, получить профессию своей мечты.

Так прошел год, потом два. Виолетта так никуда и не устроилась. Впрочем, она и не собиралась устраиваться, но зато ее запросы росли непропорционально небольшой зарплате мужа-юриста средней руки.

— Танюш, Виолетта выбрала себе шубку, а моей зарплаты на нее не хватит. Поможешь?

— Попробую.

— Танечка, у тебя есть деньги? Срочно нужны. Виолетта хочет на днях съездить на море. Ей надо отдохнуть.

— От чего отдохнуть? Да и на мели я сейчас.

— А если ты возьмешь лишний заказ? Я же не могу отказать жене. Это ее расстроит.

И Таня днем работала, а ночами шила и перешивала, вязала и перевязывала. Но ее небольших заработков едва хватало, чтобы удовлетворить требования капризной невестки. Потом стала на заказ писать поздравления к праздникам. За них платили совсем немного, но девушке была дорога каждая копейка.

А Виолетте все не хватало и не хватало. Потом она родила дочь Алину. А через неделю после выписки из роддома, Сергей примчался к Тане.

— Сестренка, выручай, Виолетту раздражает детский крик.

— Конечно, Сережа, я вернусь, — Таня даже зарделась от радости.

— Да нет же, ты не поняла, — тут же спустил ее с небес на землю Сергей, — к нам возвращаться не надо. Ты лучше возьми Алинку к себе.

— Но ведь я работаю. И потом, девочку надо кормить грудью. Как быть с этим?

— Она искусственница. Ты ведь знаешь, Виолетта бережет фигуру.

— Сережа, это не нормально.

— Ну, Танюша, ну, придумай что-нибудь. Это ведь моя дочка. Если ты не заберешь, Виолетта ее в детский дом может отправить.

— Сережа, что ты такое говоришь? Разве ты позволишь ей это сделать?

— Тань, понимаю, она — не идеал, но ведь сердцу не прикажешь. Это любовь! Настоящая! Я счастлив с этой женщиной.

Да, сердцу не прикажешь, Таня знала это наверняка. И знала, что никогда не оставит в беде ни любимого ею брата, ни его дочь. Но пришлось уйти с основной работы и перейти исключительно на подработки. Днем девушка занималась малышкой, ночью работала. До упаду, до потемнения в глазах.

Однако теперь Таня стала отказывать Сергею в денежной помощи, потому что все заработанные ею деньги шли на ребенка. Малышка много болела, и надо было доставать нужные лекарства, возить ее по врачам.

А отношения в семье брата вдруг стали портиться. Из-за ежедневных скандалов, Сергей начал прикладываться к бутылке, а пьяным шел не домой, а к сестре. И потом, пока она шила платья и блузки заказчикам, до утра жаловался ей на несчастную судьбу и угрожал покончить жизнь самоубийством. Сердце Тани разрывалось от жалости к брату. Она пыталась его успокоить, вразумить. Жалела и ругала, вытирала слезы и сопли. Казалось, Сергею это помогало. С утра после назиданий он мылся, брился, обещая быть благоразумным, брался за работу с удвоенной энергией, а через пару дней снова уходил в запой, и снова грезил о суициде.

Неожиданно для всех Виолетта поняла, что опять беременна. Делать аборт было уже поздно. Пришлось рожать. Близнецов Артема и Артура сразу отдали на воспитание Тане, потому что Виолетту через какое-то время после родов вроде как пригласили на работу, вроде как за рубежом. Кем и куда — она никому не сказала, да Таня с Сергеем и не расспрашивали. Видимо, наступил тот момент, когда не только Татьяна, а и Сергей устал от ленивой, праздно прожигающей жизнь непутевой супруги. И она укатила безо всяких объяснений.

Жизнь пошла своим чередом. Таня вернулась домой, Сергей бросил пить и потихоньку начал продвигаться по карьерной лестнице. И, кажется, все в их жизни стало налаживаться. Дети росли в любви и заботе. Таню они называли мамой, Сергея — папой. Других родственников не знали. Имя Виолетты в этом доме не произносилось. Впрочем, она и не заявляла о себе больше никогда. Просто исчезла, словно ее никогда и не было.

Так незаметно дети подросли, пошли в школу, а Таня снова устроилась секретаршей. На две зарплаты жить стало намного легче.

А потом Сергей снова влюбился. В разведенную даму с четырьмя детьми. Ничего не объясняя сестре, он просто ушел из дома и напомнил о себе лишь через неделю.

— Тань, люблю! Впервые в жизни! По-настоящему! Счастлив! — взволнованно кричал он в трубку. На встречу с сестрой и детьми он не отважился.

Новоиспеченная пассия запретила Сергею встречаться с детьми и помогать им, и снова материальная ответственность за ребятишек полностью легла на хрупкие плечи Тани. Она на роптала. Алину, Артура и Артема она считала своими детьми, а свой груз, как известно, не тянет. Снова появились ночные подработки, снова бессонные ночи.

Но, несмотря на извечную хроническую усталость, вечером, перед сном, Таня неизменно баловала детей сказками, которые сама же и сочиняла. Эти сказки так увлекали ребят, что, вечер стал для них лучшим временем суток.

— Мамочка, о чем сегодня сказка? — с любовью заглядывали дети ей в глаза, и Таня снова и снова сочиняла что-то новое и интересное. А ребятишки, прильнув к ее ногам, слушали и не могли наслушаться. Они жили в этих сказках, прекрасных и волшебных. И считали себя самыми счастливыми детьми на земле.

Когда Алина заканчивала школу, неожиданно домой вернулся Сергей. Злой, пьяный и грязный.

— Все, — рыдал он на коленях у сестры, — вся жизнь насмарку. Опять стерва попалась, опять предала. Никто меня не любит, никому я не нужен.

— Глупый, — ласково гладила его по голове Татьяна, — да ведь у тебя есть дети. Трое. Прекрасные, добрые, искренние.

— Они уже большие. Заведут семьи, и тю-тю…

— Так ведь еще есть я. Разве я тебя когда-нибудь брошу?

— Танька, ты просто дура, — вытерев слезы, Сергей, смотрел в глаза сестре с неподдельным удивлением, — ты воспитываешь чужих детей. Ты поставила на себе крест. У тебя хоть кто-то был за эти годы? Ты и любить-то не научилась за свою жизнь.

— Эх, Сережа, — слова брата были очень обидными, но Таня умела сдерживать себя, — да так, как я люблю, ни один человек на земле любить не умеет. И дети у меня не чужие. Они ведь твои, а, значит, и мои. А сейчас ложись спать — утро вечера мудренее.

А утром Сергей снова ушел. Через два дня сообщил, что опять влюбился.

— Счастлив! По-настоящему! В первый раз!

И опять исчез. На год.

Через год снова объявился. Жалкий, потрепанный и снова с разбитым сердцем. Отмылся, отъелся, успокоился. Через месяц исчез.

Потом, с периодичностью примерно в два года раз вновь появлялся, и снова, влюбившись в очередную даму, исчезал.

Дети за это время повзрослели, получили профессии, устроили свои судьбы. Но Таню они не бросили. Каждую неделю в ее доме устаивались семейные чаепития, куда приезжали ребята с семьями. Потом появилась первая внучка. Родила ее жена Артема…

Пятидесятилетие Татьяны ребята решили отметить с размахом. Заказали дорогой ресторан, пригласили много гостей. Праздник получился красивым и душевным. Было много поздравлений, подарков, приятных слов и нежных чувств.

А в конце торжества ребята сделали любимой маме неожиданный сюрприз — подарили изданный сборник с ее сказками. Оказывается, Алина с детства записывала в тетрадочку все придуманные Таней истории, и теперь, зная, как их мама всю свою жизнь мечтает стать журналистом или писателем, дети придумали, как доставить ей хотя бы маленькую радость.

От избытка чувств Таня даже расплакалась. Дети еле-еле смогли ее успокоить.

Ночью, когда ребята разъехались по домам, а Таня перелистывала сборник своих рассказов, неожиданно раздался звонок в дверь. Сердце женщины затрепетало. Татьяна вдруг почувствовала, что этот звонок не случаен, он — предвестник важного события в ее жизни. Так и случилось.

В дверях стоял Сергей. Чистый, хорошо одетый, гладко выбритый, с огромным букетом алых роз.

— Знаешь, Тань, а ведь я всё понял, — хрипло сказал он, — оказывается, я всю жизнь любил только тебя. И не осознавал этого. Вот и судьба получилась глупой, нелепой и покореженной. За чем бегал? Кого искал? Какое счастье за хвост ловил, когда оно всегда было рядом? Здесь. Со мной. Тихое, светлое, чистое, любимое мое счастье.

Вы думаете, финал у это истории трагичен? Отнюдь.

Наоборот, ровно в этот миг закончилась черная полоса у всех героев этой истории и началась белая.

Пятнадцать лет прошло с тех пор. Сергей и Татьяна живут вместе. Душа в душу. Они счастливы, и всегда ходят по улице за ручку, словно боятся на секунду оторваться друг от друга. Недавно Таня стала членом Союза писателей, немного раньше Сергей открыл свою частную юридическую контору. У них пятеро внуков.

И еще. В семье прижилась традиция — в день выпуска каждой новой книги Татьяны в их дом съезжаются все дети и внуки. Вместе они садятся за большой семейный стол, пьют чай с заварными пирожными и вслух, по очереди, читают Танины рассказы.

Вот и вся история этой любви. Трудной и грустной, но со счастливым концом.

 

© Татьяна Иванова

296

Отзовись, читатель!

avatar
  Подписка  
Подписаться на