Последний день Джека Лондона

Аффтар, пеши исчо!Так себе!Недурственно!Замечательно!Автор молодец! 5+! (Оценок: 1, средний балл: 5,00 из 5)
Загрузка...

Rolf Recknagel, Jack London, 1975, Berlin

 

Das war seine letzte Wanderung mit Morphin.

Dr. Thomson

 

Текст, который вы видите ниже, представляет собой перевод фрагмента главы XX (с. 273-282) книги Рольфа Рекнагеля «Джек Лондон. Жизнь и труд одного бунтовщика» (Rolf Recknagel, «Jack London. Leben und Werk eines Rebellen»). Перевод выполнен мною по изданию 1975 года (Verlag Neues Leben, Берлин, ГДР). Оригинал на немецком языке в тканевом переплёте и при потрепанной суперобложке я купил на распродаже в Тюменской областной научной библиотеке двенадцать лет тому назад за какие-то копейки. Приурочиваю перевод к 100-летию со дня смерти Джека Лондона.

 

* * *

 

В биографической книге «Джек Лондон. Его жизнь и труд» Чармиан Киттредж-Лондон постаралась сфальсифицировать эволюцию пролетарского писателя. И прежде всего трагический уход из жизни Джека Лондона. Большая часть фактов там искажена. Ни в коем случае не соответствует истине её сообщение в биографии о том, как Джек накануне своей смерти «неожиданно встал», чтобы «скользнуть… на ложе» в её объятия. «Бедный мальчик» сказал: «Товарищ, товарищ, ты всё, что у меня есть, ты последняя соломинка, за которую я цепляюсь, — единственное, что меня ещё держит в жизни. Ты знаешь это. Я часто тебе это говорил. Ты должна меня понять. Если ты меня не поймёшь, я пропал. Ты — это всё, что у меня есть».

21 ноября 1916 года Чармиан вообще не было на ранчо. Она была «внизу во Фриско» и завершала покупки. Она возвратилась в Glen Ellen только в среду, 22 ноября 1916 г., в десять часов утра. Её сопровождал доктор Уильям Портер, сдружившийся с четой Лондонов и в последние годы пользовавший Джека как врач. Из-за признаков хронической уремии д-р Портер предписал Джеку диету. Едва ли Джек отнёсся к ней серьёзно. В октябре месяце, в сезон утиной охоты, он должен был ежедневно съедать пару уток. Для «плохих ночей» доктор Портер прописал ему вдоволь «сонного порошка» [«Schlafpulver»], читай морфия.

Наряду с попытками фальсификации вдовы вокруг смерти Джека Лондона циркулировали некоторые слухи и легенды. В бюллетене говорилось, что Джек Лондон скончался от «органического отравления типа уремии в 19 час. 45 мин. 22 ноября 1916 г.

Уже на другой день друзья Джека Лондона подвергли сомнению эту причину смерти. К примеру, Эптон Синклер заявил: «В тесном кругу знакомых Джека Лондона всякий знает, что он совершил самоубийство».

В письмах, а также в работах Джек Лондон часто высказывал мысль о самоуничтожении [Selbstvernichtung]. Журнал «Medical Review of Reviews» в феврале 1914 года опубликовал материал «Симпозиум эвтаназии». Вот какой вклад туда внёс Джек Лондон:

В каждом случае мы обладаем свободой самим выбирать себе смерть. Могут ли вообще какие-то люди отнять у уверенного в себе человека эту свободу? Ни в коем случае! Я думаю о праве индивида самостоятельно определять свою жизнь.

Что на самом деле случилось в последний день жизни Джека Лондона? Вечером 21 ноября 1916 г. Джек и его сводная сестра Элиза Шепард сидели друг с другом и обсуждали поездку в Чикаго и Нью-Йорк. Джек собрался закупить в Чикаго племенных быков и уговориться насчёт их перевозки до Glen Ellen. Его саквояж был собран. Эта поездка планировалась уже не раз, и всё же из-за изнурённого состояния Джека её всегда откладывали или о ней забывали. Меж тем Элиза ясно осознавала, что Джек никогда не отправится в эту поездку. Глубоко потрясённая, она покорилась его планам. Элиза соглашалась, она кивала и при этом знала, что эти иллюзии были последним, что ещё поддерживало её брата, Джека Лондона. Она знала о его конфликтах; она знала о его замысле побега из жизни. Вместе с японским слугой Секине Элиза приняла все мыслимые предосторожности для того, чтобы Джек не совершил необдуманный поступок.

До девяти часов вечера «неисправимый и вечный оптимист», этот мечтатель Джек Лондон, строил свои столь часто повторяемые планы.

«Beauty Ranch» должно стать образцом и моделью фермы для всей Америки. Его частная собственность должна преобразиться в «социалистическую собственность» автономного «агрогорода» под названием «Independence» («Независимость»), или по-испански — «Independencia». Перед тем он хотел ещё отобрать тех, кто окончательно войдёт в коммуну. Но, как бы то ни было, каждая семья получит земельный надел, на котором будет выстроен её жилой дом. Затем центральный универмаг (торговля без наценки). Элиза могла бы подобрать место, где выстроят этот магазин. И школа для детей из его коммуны! Элиза должна уже сейчас присмотреть подходящих учителей.

Элиза кивала и делала заметки. Ей неожиданно пришло в голову, что она могла поехать на ярмарку быков в Пендлтоне, Орегон, — там тоже можно было приобрести нужных быков…

Джек поднялся, чтобы пойти в спальню. Часы в зале начали бить. Джек дождался, пока не отзвучал девятый глухой удар. Наверное, он видел сейчас пред собою свою фантасмагорию «Independence» со школами, магазинами и всеобщим благосостоянием… Чего-то всё же не хватало в этой утопической картине. И тут пришло ему на ум:

— Почтамт! Да, завтра мы попросим в учреждении в Сан-Франциско разрешения устроить почтамт.

«Завтра? Что будет завтра?» — думала Элиза, не позволяя себе ничего заметить. Завтра Джек хотел ехать в Нью-Йорк, остановиться проездом в Чикаго…

Правой рукой Джек пригладил свой вихор. Он стоял в конусе света от настенного светильника. Как большой мальчик, подумала Элиза. Голубые глаза Джека отражали свет. Эти голубые глаза, которые в его рассказах так часто выдавали настроение его героев. И эти жесты…

— И ещё пришло мне в голову, Элиза… — Последовала короткая пауза (он всегда делал такие паузы, когда воображаемое его радовало). — Мачта с флагом! Высоко, очень высоко! Гордо и прямо, как наши пихты! Флаг с медведем, который поднимается на защиту; нет, идёт в атаку.

Джек вышел из конуса света, положил правую руку Элизе на плечо и сказал как-то неожиданно устало:

— Сейчас я оставляю тебя одну, старая девочка [altes Mädchen]. Спокойной ночи.

Лишь с большим трудом Элиза смогла заснуть. Она напряжённо думала о Джеке, о кредите на племенной скот, о жизни здесь, над Золотыми Воротами… Банковский кредит уже был превышен…

Грубые удары в дверь сильно напугали Элизу. Секине выглядел смущённым. Элиза накинула халат и поспешила через залу. Джек встал на дыбы; он рвался на воздух. Элиза схватила телефон. Настенные часы показывали 8:34. У доктора Аллана Томсона уже шли приёмные часы…

— В порядке! Иду! — коротко ответил он.

Элиза снова поспешила в спальню Джека и склонилась над больным братом. Под её ступнёй хрустнуло. Тоненькие стеклянные осколки. Поблизости лежала и вторая ампула. [«Ampulle» и «Schlafpulver», см. выше, — явное противоречие в оригинале. — О. Ч.] Она сунула косвенную улику в карман халата. Осколки попыталась подобрать. Мельчайшие остатки выбросила прочь. Обо всём она подумала, обо всём. Только не о лекарствах…

Доктор Томсон открыл Джеку веко и с помощью настольной лампы проверил рефлексы. Затем он пощупал пульс, кивнул Элизе, открыл докторский саквояж, в то же время слушая её. Доктор Томсон поспешил к телефону и вызвал аптеку.

— Да, атропин. Противоядие. Мой ассистент, доктор Хайес, придёт сейчас же.

Когда прибыл доктор Хайес, Томсон уже приготовил инъекцию. Тем временем Хайес попытался ещё раз дать пациенту возбуждающее средство. Безуспешно. Врачи окончили промывание желудка. Теперь оставалось только ждать и надеяться. Доктор Хайес вновь делал массаж. Элиза сидела на кровати и гладила вихор Джека…

Дребезжа, во двор въехала хозяйская повозка. Чармиан и доктор Портер! Они выгружали багаж. Элиза поспешила навстречу Чармиан. Та отреагировала спокойно, будто была к этому готова. Указывая людям, куда нести сумки и пакеты, она выглядела задумчивой. Слава богу, думала Чармиан, завещание 1911 года ещё в силе. Она оставалась единственной наследницей… Войдя сразу за доктором Портером и увидев пациента, она повернулась к Уильяму Портеру:

— Дело идёт к концу… К избавлению от этих ужасных страданий уремии. — А потом она сказала так громко и так определённо, что каждый мог уловить впечатление: — За последние недели Джек ужасно измучился. Колики от уремии не прекращались.

С этими словами Чармиан посмотрела на доктора Хайеса и доктора Томсона. Хайес смущённо разглядывал пол. Д-р Аллан Томсон качал головой. Нельзя было знать, думал он о холодности «госпожи» или о причине смерти. Быть может, о том и о другом… Ничего больше нельзя было сделать для спасения. Врачи видели это.

В 19:45 доктор Томсон поднялся, убрал слуховой аппарат в саквояж и сказал:

— Сердечные шумы прекратились. Джек отмучился. Это было его последнее путешествие с морфином. — Тут он повернулся к своему коллеге, д-ру Уильяму Портеру из Окленда. — Вы распорядились насчёт рецепта на морфин?

Портер выглядел сконфуженным. Он отвечал:

— Да. Уремия чрезвычайно болезненна, и…

— И морфин ускоряет отравление, — завершил д-р Томсон предложение, которое Портер думал окончить совсем иначе.

Чармиан Лондон поспешила за свой стол, чтобы составить «Бюллетень о смерти».

Голосом, которым она привыкла отдавать распоряжения, крикнула она старому Парслоу, чтобы он тотчас отправил своего старшего сына на почтамт в Glen Ellen с телеграммой. Парслоу удивился: двадцать долларов были решительно слишком высокой платой до Сан-Франциско.

— Сдача — для вас и вашего сына, Парслоу! Но только быстро с этим!

Парслоу, хозяйский представитель для сельхозработников на «Beauty Ranch», не знал, что незадолго до того произошло. Он поспешил выполнить распоряжение госпожи.

В почтовой корзине лежало последнее письмо Джека Лондона. Конверт был уже заклеен и франкирован. На другой день Секине отнёс это письмо на почту.

Glen Ellen, Calif. Nov. 21, 1916.

Милая Джоан!

В следующее воскресенье я хотел бы вместе с тобой и Бесс перекусить в Сэддл Рок. Если погода будет хорошей, мы могли бы прокатиться под парусами на озере Меррит. Если же погода хорошей не будет, мы могли бы предпринять что-нибудь другое.

Пожалуйста, дай мне знать тотчас.

Я покидаю ранчо в ближайшую пятницу.

Я покидаю Калифорнию в следующую среду.

Daddy.

Японский слуга Секине Токиноске покинул «Beauty Ranch» и купил в Токио фотоателье. В Токио жил уже и Наката, который в то время учился и был зубным врачом.

Обслуживающий персонал был уволен. «Птицы джунглей» исчезли. Госпожа распорядилась запереть столовую.

Некоторое время Чармиан Киттредж-Лондон была в отъезде. Перед тем она поручила архитектору Форни возвести для неё жилое здание. Вернувшись позднее, хозяйка получила свой «Дом счастливых стен». Заявило о себе неустанное трудолюбие Джека Лондона. Элиза Шепард могла сбросить со своих плеч бремя долгов. Секретарю Джеку Бирну было необходимо зарегистрировать все новые издания и переводы произведений Джека Лондона. Храня общие с Джеком воспоминания и реконструировав рабочий кабинет и спальню, госпожа Чармиан Лондон тихо жила в своих «счастливых стенах». Когда в 1955-м году в возрасте 84 лет она умерла, хозяйские здания достались племяннику Джека Лондона Ирвингу Шепарду, продолжавшему вести хозяйство на ранчо. В 1959 году он передал землю, куда вела тропа, натоптанная множеством посетителей могилы Джека Лондона, государственному историческому парку — как для общественного использования, так и для распоряжения. В центре холма, в непосредственной близости к могиле Джека Лондона, находились «руины», а недалеко — временный музей «Дом счастливых стен».

…За четырнадцать дней до 22 ноября 1916 г. Джек сопровождал свою сестру Элизу Лондон-Шепард на её пути к ранчо. На краю дороги лежал красный обломок скалы. Быть может, тогда, при строительстве «Дома волка», этот массивный камень скатился с повозки и остался тут лежать. Джек указал на сей обломок из Лунной долины и сказал Элизе: «Вот камень, который бросили строители. Там, на холме, он должен стать моим надгробием».

Это желание совершенно не соответствовало распоряжениям, которые он запечатал в конверт ещё в 1911 году: «Я не желаю, чтобы при моей смерти тело было выставлено на всеобщее обозрение, и ещё более не желаю погребения. После сожжения пепел должен быть развеян над «Beauty Ranch».

Джек отстаивал то мнение, согласно которому «крематорий есть единственный верный путь, каким мы отделываемся от мира и каким мир освобождается от нас».

23 ноября 1916 г. Элиза сопровождала гроб с телом Джека Лондона до крематория в Окленде, где состоялось маленькое светское траурное сожжение. Среди присутствующих были Флора (мать Джека), его первая жена Бесси с обеими дочерьми, Джоан и Бесс, и сестра Джека Элиза. Чармиан отсутствовала. Она страдала от мигрени. На другой день Элиза с Эрнестом Мэтьюзом и Джорджем Стерлингом привезли урну с пеплом на «Beauty Ranch». Субботним утром 26 ноября 1916 года урна в полной тиши была там погребена. Пред тем шесть лошадей втащили красный обломок скалы из Лунной долины на холм — с тем, чтобы установить его как надгробный памятник Джеку Лондону, во исполнение его воли. С тех пор этот камень заявляет об ещё одной одиссее современности, начавшейся вслед за бедностью и пролетарским существованием с пиратских набегов в заливе Сан-Франциско, заманившей героя через Золотые Ворота на чужбину, полную приключений, и выше Золотых Ворот, у горы Сонома, нашедшей свой конец с открытым финалом.

 

© Олег Чувакин, перевод, 5-6 апреля 2016

241

Отзовись, читатель!

16 comments — "Последний день Джека Лондона"

Подписаться на
avatar
Гость

Даже при поверхностном просмотре с первых строк становится ясно: перевод качественный и душа вложена. Буду читать… «Могиканин» вы наш!

Гость

Спасибо, Ирина. Книга Рекнагеля написана, в общем-то, скучным деревянным языком. Текст погребён под тоннами местоимений. Автор в трёх соседних предложениях запросто трижды пишет: она, она, она; свою, своя, своей… Кое-где я чуток сгладил. И всё же текст интересный. И на русский язык не переводился. По крайней мере, я перевода не нашёл.

Гость

Спасибо!

Гость

светлая память

Наталья
Гость
Наталья

Спасибо!

Гость

Впервые прочитал Лондона лет в одиннадцать. Прекрасное воспоминание о юности, о четырнадцатитомнике в сиреневом переплёте…

Гость

Читают ли сейчас Джека Лондона мальчишки и девчонки?..

Гость

Роулинг они читают. И фэнтези.

Татьяна
Гость
Татьяна

читают

Гость

Олег, спасибо большое за перевод…

Татьяна
Гость
Татьяна

Спасибо

Гость

Удивительно. Спасибо Вам. Вчера только были с сыном в Оахланде. Сделала фото на мосту с направлениями мест, куда мы едем.

Гость

Но, несколько часов назад удалила, сожалею…

Гость

Что ж, бывает… Кстати, в этом году Джеку Лондону стукнуло 140 лет.

Гость

12 января 1876 года родился Джек Лондон (London) (настоящее имя — Джон Гриффит, Griffith) (12.1.1876, Сан-Франциско, — 22.11.1916, Глен-Эллен, близ Сан-Франциско), американский писатель. #Лондон

wpDiscuz