Наталья Поль. Главный пилот

Манхэттен, вид с самолёта, вид Манхэттена, фото

 

Текст прислан на конкурс «Художественное слово» 19.04.2017 г.

Об авторе. «Меня зовут Поль Наталья. Работаю журналистом в свадебном журнале и в свободное время немного творю для себя: иногда рассказы, иногда стихи».

 

Три в одном: писатель, редактор, литобработчик

Коснитесь карандашика: он живой! Олег Чувакин выправит, обработает и допишет ваши рассказы, сказки, повести, романы; робкие наброски превратит в совершенный текст. Четверть века практики.


 

Главный пилот

 

Он занял скрипучее кресло у окна и принялся разглядывать изгиб крыла самолета. Ноябрьский иней на металле добавлял конструкции еще больше серебра, от которого слепило взгляд.

«Куда летим?» — подумал он, пытаясь восстановить в памяти события прошлой ночи и отыскать среди воспоминаний хотя бы намек на предстоящий маршрут.

«Седьмое ноября. Точно! Вчера был день рождения. Тридцать три… Теперь тридцать три» — эта мысль резанула холодом, будто крыло от самолета.

Учись у редактора
Семь уроков счастья слова
Курс писательского мастерства. Никакой теории. Живые уроки Олега Чувакина. Редактура + обучение. Частная школа для индивидуалистов, умеющих ценить художественное слово.
Счастье

«Куда же мы летим?.. А чемодан?» — спохватился он, обнаружив на себе только испачканные джинсы и нелепое оранжевое поло с надписью «Я — Писатель!» — подарок друзей на значимую дату.

Салон заполнился людьми на удивление скоро и бесконфликтно, и, минуя утомительные сводки по рации, лайнер стал набирать высоту.

Рассвет привычно играл оттенками алого, но в воздухе небесная игра выглядела еще эффектнее.

Остатки тумана застыли каплями на иллюминаторе. В оконной росе отражались облака каких-то фантастических форм, почти как в детских мультфильмах.

Лучи нового солнца прорезали пространство самолета, образуя многоугольные геометрические фигуры. Бортпроводники проходили сквозь них медленно, что выглядело чудаковатым и неестественным.

«Девушка, куда мы летим?» — попытался выяснить писатель. Но стюардесса не услышала вопрос. Она даже не заметила того, кто его задавал.

Атмосфера спокойствия и блаженства постепенно завладела пассажирами, и уже через десять минут после взлета салон погрузился в сон.

Смирившись с неизвестностью маршрута, писатель решил ненадолго присоединиться к коллективному действу, тем более ночь выдалась слишком шумной.

В этот момент задорный женский голос по рации произнес: «Уважаемые пассажиры, среди вас есть писатель? Капитан корабля приглашает его в кабину! Повторяю: капитан корабля приглашает писателя к себе в кабину!»

Но сон в салоне продолжился в том же режиме.

— Ну, что же Вы? — потряхивая задремавшего писателя за плечо, спросила улыбчивая девушка. — Вы же писатель? Прозаик?

— С чего Вы взяли?

— На футболке написано. Капитан ждет!

— Вы серьезно? Обычно в самолетах ищут докторов.

— Капитан ждет именно Вас! Пойдемте.

В первый раз оказаться в кабине капитана оказалось еще интереснее, чем представлялось в детстве. Тысячи горящих кнопок, клавиш и главное — необъятное небо перед глазами.

Писателя так увлекла картинка, что он не сразу заметил нечто, управляющее воздушным судном.

На месте капитана сидел кто-то, с силуэтом человека и совершенно нечеловеческим наполнением. Казалось: в кресле — светящийся золотом фантом, облаченный в серебряный плащ. Он был плавным и гибким, он дышал и накалял своим теплом панель приборов.

— Проходи, садись. Вот кресло второго пилота.

Прозаик оглянулся, ущипнул себя за руку. Сердце отбивало чечетку, но не от страха, а от нереальности происходящего.

— Кто ты?

— Не узнаешь? Я ведь не раз к тебе приходило?

— Не узнаю.

— Ладно. Как продвигается книга?

— Откуда ты знаешь?.. Никак. Я перестал писать.

— Почему?

— Она уже третья. Две предыдущие лежат в ящике стола, никто, кроме друзей, их не видел. Хотя нет — еще пара-тройка редакторов.

— И?

— Если ты знаешь о книгах, то наверняка знаешь, что издательства не принимают мои рукописи.

— Это повод не писать?

— Не хочу больше отказов. Мне тридцать три. Пушкин прожил всего тридцать семь.

— А Толстой?

— Дольше.

— Это повод не писать?

— Кто ты?

— Твое Вдохновение… Сегодня утром, когда проснешься, увидишь послание от меня. Я набросало идеи для новой книги.

— Когда проснусь? Это сон?

— Это? Реальность… Твоя художественная реальность… Идеи в самом деле неплохие — издательствам понравятся.

— А куда мы летим?

— Куда решишь. Садись на место капитана. Это твой самолет.

Не говоря ни слова больше, золотой силуэт покинул кабину.

Взяв в руки штурвал, писатель принялся разглядывать облака. «Куда лететь?»

Солнце поднималось выше, лучи становились ярче и шире, мешая любоваться небом.

За иллюминатором прогудел трамвай.

«Трамвай?!» — прозаик проснулся.

За окном гудел трамвай. Солнце поднималось выше, лучи становились ярче и шире.

Он резко спрыгнул с дивана и в два прыжка, запинаясь о последствия вчерашнего праздника, добрался до стола.

Среди остатков еды, разорванной подарочной бумаги и прочего мусора лежала новая тетрадь. На обложке золотыми буквами блестела надпись «Главный пилот».

Роман начинался просто: «Он занял скрипучее кресло у окна и принялся разглядывать изгиб крыла самолета»…

 

© Наталья Поль, 2017

Услуги редактора

Обратись к опытному редактору, а заодно и корректору

Бородатый прозаик выправит, перепишет, допишет, сочинит за тебя рассказ, сказку, повесть, роман. Купи себе редактора! Найди себе соавтора!
Олег Чувакин рекомендует:
Фея, белое платье, небо, ладонь, рассказ
Фея на ладони

Иванов писал до рассвета, останавливаясь только на улыбку. Бегущая ручка отбрасывала на согнутые пальцы и линии слов сиреневую тень. Каждое слово становилось точно на своё место. Кто пишет последний рассказ, тот ошибок не ведает.

Осень, сентябрь, лестница, ступени, уровень, путь, листья, красные
Исключённый

В офисное здание Петухова не пустили. Звякнул тоскливо турникет, ребро поручня упёрлось в бедро, стальной холод проник сквозь брюки.

Ёлочный шар, новогодняя игрушка на ёлку, на рождество, фон, космос, вселенная
Подари мне друга

— Мы отдаём хорошую, выдержанную дружбу. Марочную. Покрепче самого старого коньяка пробирает! Дед Мороз такую проверенную дружбу абы кому не пошлёт.

Красный тоннель, Марута, архитектор, рассказ
Красный тоннель

Миша и Мариша — так он её и себя называл. И никакого-то счастья у них не было; так, странные редкие встречи, непонятные вопросы, ответы на которые не требовались, удивлённые, мучительные взгляды, от которых непременно веяло прощанием, неизбывной печалью, тревогой и плохим финалом, как от фильмов, снятых Рижской киностудией.

Мечта, детство, стать космонавтами, космос, планета, окно
Отпуск

Когда я там очутился, они сказали, что вытащили меня в отпуск. Так и сказали: вытащили. Словно рыбу на крючке. От рыбы я отличался тем, что рыбакам не возражал. Да и сравнение с крючком, ежели разобраться, не годится.

💝

Отзовись, читатель!

E-mail не публикуется. Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с тем, что владелец сайта узнает и сможет хранить ваши персональные данные: имя и электронный адрес, которые вы введёте, а также IP. Не согласны с политикой конфиденциальности «Счастья слова»? Не пишите сюда.