На все времена

Гора, дорога, путь, человек, время, времена

 

Текст участвует в конкурсе рассказов «История любви».

Об авторе: Татьяна Львовна Попова, 57 лет, экономист (к.э.н.), мама взрослой дочки, бабушка маленькой внучки, любитель жизни.


 

— Ромка, ты что, не с нами?

Простоватый Димка от удивления даже рот приоткрыл. Другие, кажется, о чём-то догадались. Черноглазый Амиран затянул с невытравляемым акцентом: «Мы вам чэстно сказать хотым, на дэвчонок мы большэ не глядым». Пашка ехидно поинтересовался:

— А она точно симпатичная? В зале темно было, вдруг на свету страшнее крокодила окажется.

От дальнейших подколок спас Николай. Толканул Амирана с Пашкой к автобусной остановке, прикрикнул на Димку:

— Рот закрой, муха влетит. Двигай к автобусу, в кино опоздаем.

Неделю назад на танцах Ромка Лиду особо не разглядывал. И не потому, что стеснялся, нет. Он с первого взгляда понял, что произошло то, что красивыми словами описывалось в книгах. Он всегда знал, не верил, не надеялся, а твёрдо знал, что с ним это обязательно случится. И потому спокойно относился к подначкам, сначала одноклассников, потом друзей-курсантов («Нецелованный ты наш, единственную ждешь?»), пропускал, если не мимо ушей, то мимо души обычные подростковые разговоры о запретном, замешанные на показном цинизме.

Дождавшись, когда друзья уедут, Ромка припустил пешком к Волге. Сегодня ему всё удавалось легко, будто он не спешил на первое в жизни свидание, а чётко выполнял приказы невидимого командира, привычно демонстрируя отрепетированные до автоматизма навыки. Слегка отклонившись от курса, забежал в парк. Нырнул в куст отчаянно цветущей сирени, выскочил с растрепанным душистым букетом. Непорядок, конечно, но денег в кармане — кот наплакал. А так хочется и цветы Лиде подарить, и конфетами угостить.

В магазине, правда, вышла короткая заминка. Помадки в коробках сегодня «не выкинули» (дефицит, понятное дело), а на развес из шоколадных продавались лишь вполне соответствующие названию «Гулливеры». Ромкиных денег хватило бы штуки на полторы. Глядя на мучения курсантика, две девчонки-старшеклассницы захихикали, а добродушная тётка-продавщица посоветовала:

— Возьми лучше шоколадный батончик. И еще на маленькую медальку хватит.

Ромка с букетом в руках и шоколадным батончиком в кармане (медальку брать не стал, оставил заначку, чтобы купить Лиде мороженого или воды) стоял на набережной. Он слышал, что девушки часто опаздывают на свидание, и был готов ждать. Но Лида пришла вовремя, минуту в минуту. Словно угадав его мысли, сказала:

— Никогда не опаздываю. Мой папа тоже военный, приучил нас к дисциплине.

И засмеялась, звонко и заразительно.

Ночью Ромке приснился сон. Поздний вечер. Дорога то ли в поле, то ли в степи, то ли в тундре. Равнина без конца и без края под тяжёлым небом, готовым бросить в сжавшуюся от холода землю новую порцию колючего снега. Газик с брезентовым верхом скачет по колдобинам под приглушенное чертыханье молоденького солдата-водителя. Солдатику, наверное, безумно трудно не матюгаться, но он сдерживается, стесняется пассажирки.

Ромка на заднем сиденье прижимает к себе Лиду, целует в волосы. Она не отвечает на ласку. Большие испуганные глаза открыты, но не видят ни Ромки, ни брезентового верха над головой, ни начинающейся за окном вьюги. Лида смотрит туда, куда не заглянуть ни одному мужчине в мире. Она обнимает руками огромный живот и что-то беззвучно шепчет. «Молится, наверное», — думает Ромка. Хотя откуда Лида, комсомолка, учительница, дочь кадрового военного, может знать слова молитв?

Газик, взбрыкнув и вильнув на целину, останавливается. Ромка еле удерживает Лиду. Солдатик наконец матерится и выскакивает на мороз. Лида в первый раз не стонет, а вскрикивает. Водитель возвращается и, пряча глаза, докладывает. Лопнуло колесо. Запаски нет. До поселка с фельдшерским пунктом километров семь осталось.

Ромка хочет проснуться, но не может. Кто тогда понесёт Лиду? Она худенькая, тонкокостная. Почему же так тяжело? Живот? Ребенок ведь такой маленький. Нет, это пальто виновато. Добротное, драповое. Тёща подарила Лиде, провожая на север. Лида мечтала о дубленке, но достать так и не смогли. Интересно, дубленка легче? Или тяжелее? О чем он думает! Лида опять вскрикивает. Там, впереди светлее. Наверное, скоро будут видны огни посёлка.

Теперь Ромка всеми силами старается не проснуться. Надо узнать, кто же у них родился. Но сигнал побудки не знает пощады. Ромка открывает глаза. Как жаль, что он так и не услышал первый крик Наташки.

 

 

* * *

 

— Лида, дарагая, ну что ты нашла в этом молчуне? Он же с Урала, там все такие, серьезные, скучные! Пасматри на меня! Я тебе и спою, и станцую. А какой я готовлю шашлык!

Спеть и сплясать Амиран еще не успел, но кулинарные навыки уже продемонстрировал. От шашлыка остались лишь шампуры да с трудом отвоеванный у обжоры Пашки «утешительный паёк» для недопущенного в увольнение Димки. После казенных харчей любая домашняя еда кажется райской пищей, что уж говорить о шашлыке, приготовленном по всем правилам! Благодаря землякам Амиран к своему дню рождения и дефицитным мясом разжился, и шампуры раздобыл.

— Всем ты хорош, Амиран, ничего не скажешь! — засмеялась Лида. — Одного не хватает!

— Чего? Ты только скажи, что надо, всё достану! — Амиран, конечно, шутил, но чувствовалось, что слова Лиды разожгли и гордость, и любопытство.

— Любви, — теперь Лида говорила серьезно, — моей любви. Люблю-то я Ромку.

Почему-то от незатейливых этих слов Амиран растерялся. И даже Пашка, знаменитый своими пошлыми шуточками, смолчал. Николай переглянулся с Катей (неделю назад они подали заявление в загс, и более похожих друг на друга и внешне, и по характеру жениха и невесту трудно было вообразить) и сказал:

— Амиран, Пашка, кто быстрее переплывет затоку? Спорим, что и я, и Катя вас обставим?

Дождавшись, когда голоса друзей стихнут, Ромка подошел к Лиде.

— Лида… Я не говорил, но я…

— Я знаю. — Лида повернулась и посмотрела прямо в глаза Ромке. И улыбнулась так, как улыбалась только ему.

— Нет, я все-таки хочу сказать. Я люблю тебя. На все времена люблю.

И замолчал, сообразив, что вышло глупо, и испугавшись, что Лида засмеется. Но она не смеялась…

Впервые в жизни, пожалуй, Ромка не мог уснуть. Раньше слово «бессонница» равнялось для него слову «бессмыслица». Как можно не заснуть? Как можно проснуться ночью и лежать без сна? Оказывается, можно. И вот он лежит и перебирает в уме каждое мгновение наполненного солнцем, счастьем и Лидой дня. Луч солнца в падающей с весла капле. Лидин смех. Гортанное пение Амирана.

Амиран поёт. А потом пьет, залпом пьет чачу. Рюмку, еще рюмку. Лида подвигает поближе закуску, смотрит встревоженно. Уводит под каким-то предлогом с кухни пятнадцатилетнюю Наташку. Амиран начинает говорить. Сбивчиво, иногда сбиваясь на грузинский. Говорит о том, о чем Ромка думает постоянно. Про страну, которой нет. Про честь офицера. Про своих, которых разделили границы. Про Димку в Севастополе. Про Николая в Сумгаите. Про Пашку, погибшего в Афгане.

Ромка проснулся. Значит, он все-таки заснул. Странный сон. Какая страна, куда пропала? Что за границы? Афган — это Афганистан? Как там мог погибнуть Пашка? Странный сон. Лучше бы Лида приснилась.

 

 

* * *

 

— Горько! Горько! Горько! — Пашка с Амираном соревнуются, кто громче крикнет.

Лидины родители и сестра улыбками подбадривают и без того не слишком смущающихся молодоженов. Веснушчатый Димка, пока два главных ловеласа заняты, торопливо заигрывает с симпатичной свидетельницей Леной. Николай помогает Кате разделывать приготовленную по особому рецепту — «на бутылке» курицу. Амиран пророчил несчастной курице бесславную судьбу («какой ишак станет есть синюю птицу верхом на бутылке после настоящего грузинского шашлыка»), но, кажется, зря. Отсутствием аппетита в компании никто не страдает.

— Жалко, твои родители не смогли приехать, — сетует Лидина мать, — только по телефону и пообщались с новыми родственниками.

Ромке, конечно, хотелось, чтобы мать с отцом сидели тут, за столом. Но для них поездка из деревни за тысячу километров даже на свадьбу сына — дело неподъемное. Ромка — старший, а в семье еще семеро братьев-сестёр, четверо школу пока не окончили. К свадьбе отец перевел деньги, сто рублей, прислал трёхлитровку мёда. Ну, мёд, положим, мамин шурин со своей пасеки уделил, но деньги… Ромка знал, каким трудом они достаются родителям.

— Горько, горько! — не унимались довольные гости. А Лидины губы были сладкими, хотя она еще не пробовала родительский мёд…

…Никогда раньше не снился ему такой странный, такой жуткий сон. Лида, его Лида (почему у неё грустные глаза и трагическая складка у губ?) куда-то собирается. Причесывает волосы (сколько в них седины!). Собирает сумку с продуктами. А потом вдруг присаживается на стул и судорожно хватает ртом воздух. Она задыхается! Теряет сознание, голова падает на стол.

Лида умирает! И некому прийти на помощь! Где же он, Ромка? Почему его нет рядом? Какое дело может быть важнее для него, чем быть рядом с Лидой, чем спасти её?

 

 

* * *

 

— Лида! Лида! Что с тобой?

В палату вбежала медсестра, за ней — врачи. Кинув взгляд на приборы, застыли. Изможденный человек, опутанный проводами, открыл глаза и попытался сесть. Не смог, конечно. Закрыл глаза, застонал, но тут же открыл глаза снова и сказал очень тихо, но чётко:

— Лида умирает! Помогите ей.

Первым очнулся начальник отделения:

— Где Лидия Александровна?

— Она еще не пришла, — охрипшим от волнения голосом ответил лечащий врач.

— Что значит еще? Сейчас половина одиннадцатого. Она всегда приходит в десять.

— Может…

— Не может! — оборвал начальник. — Пора бы понять, она не может не прийти вовремя! Адрес знаете?

Лечащий врач знал адрес. Двадцать лет назад, через три года после рокового взрыва на горной дороге, жена генерала Александрова продала квартиру и купила другую, в двух шагах от госпиталя. Лечащий врач знал адрес. Но не понимал, почему начальник верит бредовым словам только что вышедшего из комы человека. Странная реакция на происходящее здесь и сейчас медицинское чудо. Но с начальством не спорят.

 

 

* * *

 

— Колька, ты точно мне не врёшь?

— Роман, ну что ты как маленький! Все в порядке с Лидой. Врачи успели вовремя. Тромбоэмболия — страшное дело. Но ты Лиду спас. Сейчас она в реанимации, с ней Наташа. А Ромка-младший с твоим зятем скоро тут будут.

— Я хочу видеть Лиду.

— Подожди. Придёт Лида в себя, Наташа нас с ней по скайпу свяжет.

— По чему свяжет?

— Эх ты, отсталый человек. Вот ведь подгадал я именно сегодня тебя навестить. Хотел тут, как обычно, посидеть рядом, поговорить сам с собой. А приходится тебя уговаривать. Ничего, подождешь свою Лиду. Она столько времени тебя ждала.

— Я дождусь. И мы будем опять вместе.

Он помолчал, а потом добавил, так тихо, что Николай не расслышал: «На все времена…»

 

© Татьяна Попова

Услуги опытного редактора, а заодно и корректора через Интернет. Бородатый прозаик выправит, перепишет, допишет, сочинит за тебя рассказ, сказку, повесть, роман. Купи себе редактора! Найди себе соавтора!
Прочти читательские отзывы и возьми даром собрание сочинений Олега Чувакина! В красивых обложках.

Подписывайтесь на «Счастье слова» по почте!

Email Format
💝

26
Отзовись, читатель!

avatar
  Подписка  
Подписаться на
Инна Ким
Гость
Инна Ким

Татьяна, у Вас получилась очень трогательная история! Красивая, добрая, из прошлого… Вот только у меня родилась «странная идея»: пусть он в середине рассказа лежит в коме и видит всю жизнь своей любимой (любовь связывает, держит и показывает). Это будет середина рассказа. А уж потом она упала, он очнулся — и спас её (Ваш конец). Если пригодится — буду рада. А на нет — и суда нет. Уж простите) С удовольствием читала Ваш рассказ!

Татьяна Попова
Гость
Татьяна Попова

Инна, спасибо за отзыв. Пожалуйста, уточните свою идею, мне это очень важно, но я не до конца поняла. По моей задумке (может, я непонятно ее реализовала) все, до того момента, как герой очнулся — это его сны-воспоминания из разных эпох. Они перемешались. Неясно, может быть, вещие сны снились ему и раньше, до того, как всё происходило в действительности (рождение дочери, разговор с Амираном после развала страны), Но сейчас все это он заново переживает, находясь в коме. До тех пор, пока не очнулся, потому что только это может спасти его жену. Поэтому я не поняла, что Вы предлагаете добавить в середину рассказа.

Ирина Бирюкова
Гость
Ирина Бирюкова

Спасибо за рассказ! Честно говоря, мне понадобилось некоторое усилие, чтобы осознать последовательность и связь событий, а когда разобралась, осталось теплое и душевное послевкусие.

Татьяна Попова
Гость
Татьяна Попова

Спасибо, Ирина. Я, признаюсь, так и задумывала, чтобы читатель не сразу понял, что происходит с героем, где — сон, где — реальность. Но удалась ли моя задумка — судить, конечно, не мне.

Инна Ким
Гость
Инна Ким

Татьяна, а я про разные эпохи не поняла( Для меня это одна история: встретились, поженились, прошло много лет, после взрыва он лежит в коме и выходит из неё, чтобы спасти любимую, беду которой видит в коме. Вот я и подумала, что было бы интересно, чтобы он лежал в коме и видел, что происходит с любимой в течение лет (а когда понадобилась его помощь — очнулся)

Инна Ким
Гость
Инна Ким

Всё равно очень трогательно и чисто что ли, хрупко. Как прозрачные весенние сосульки))) А про эпохи, кстати, есть в «Смирительной рубашке» Джека Лондона. Читали?

Татьяна Попова
Гость
Татьяна Попова

Инна, представляете, я не знала такого произведения у Джека Лондона! Хотя с детства просто зачитывалась им, многие рассказы и повести по сто раз перечитывала. Видимо, в том собрании сочинений, что у меня, не было «Смирительной рубашке», Спасибо за наводку, прочитаю теперь.

Нетта
Гость
Нетта

Очень хорошая, трогательная история светлой, чистой, комсомольской любви. Мне понравилось. Очень здорово получилось про сны во сне, странные пробуждения, недоумение героя.
Немного путает хронология, но, по всей видимости, так и задумывалось. Все просто замечательно ровно до того момента, когда главный герой узнает о гибели Пашки. Ромка ничего об Афганской войне не знает, получается, что взрыв произошел до 1979 года. Но дальше говорится, что Ромка впал в кому 20 лет назад. Значит последние события происходят в конце девяностых. Откуда скайп?
Это раз. Второе.
“Но не понимал, почему начальник верит бредовым словам только что вышедшего из комы человека.”
Я вот тоже не понимаю. Чрезвычайно странная реакция зав. отделением на сенсационное событие: на тот момент мировой рекорд пребывания человека в коме с благополучным исходом, составлял 19 лет (я даже погуглила, чтобы не быть голословной) .
И я бы поняла, если бы начальником отделения оказался Амиран, но на это нет ни малейшего намека, а жаль. Ведь зав. отделением мог бы просто говорить с кавказским акцентом :)

Фантастика присутствует: главный герой видит вещий сон и спасает любимую. А вот насчет темы сомневаюсь.
Спасибо, было очень интересно :)

Татьяна Попова
Гость
Татьяна Попова

Нетта, огромное спасибо за отзыв! Он (как и отзывы Инны и Ирины) заставляет меня задуматься над тем, что я усложнила для понимания читателем свой рассказ. Неправильно, конечно, когда автор даёт дополнительные объяснения, но никуда не деться. Итак, Роман лежит в коме двадцать лет. И все это время видит (во сне? не знаю, так ли это называется во время комы) своё прошлое. Причем в видениях картинки из прошлого перемешаны, и юность (до свадьбы с Лидой включительно) воспринимается им как реальность, а то, что происходило позже — как сны. Взрыв, причина комы, произошел в 1995 году. Выход из комы — в 2015-м, соответственно (отсюда скайп). Разговор с Амираном — примерно в 1992-м (афганская война уже закончилась, развал СССР и Сумгаит уже случились). Рождение Наташи, дочери — в 1977-м. Встреча с Лидой, соответственно — году в 1975-м. Ну, а то, что начальник госпиталя поверил словам Романа…Думаю, за двадцать лет он хорошо узнал Лиду, и понял, что раз она не пришла, то что-то случилось с ней. И еще. У героев моего рассказа есть реальные прототипы. К сожалению, выход из комы — мой домысел.

Татьяна Попова
Гость
Татьяна Попова

Еще забыла написать, что взрыв произошел во время войны в Чечне. И что к моменту выхода из комы Наташа уже выросла, вышла замуж и родила Ромку-младшего, внука Романа и Лиды.

Нетта
Гость
Нетта

Спасибо большое за разъяснение, все же это удивительно, когда можно расспросить автора о том, что недопонял.
И все же… Ромка — генерал. А значит военный. Какова вероятность, что военный человек забыл о войне в Афганистане? Пусть даже в коме? При том, что все остальные моменты помнит очень четко.
Про реакцию зав. отделением — я поняла, что он встревожился из-за опоздания Лиды. И вопрос не в поверил доктор или нет. Тут ведь совсем неважно что именно говорит больной. Начался бы такой переполох, что о Лиде бы и не вспомнили.
Все остальное — да, отлично. Человек имеет право видеть сны в том порядке, в каком пожелает. Тут уже задача читателя немного напрячься и разобраться :))

Татьяна Попова
Гость
Татьяна Попова

Нетта, спасибо большое за ответ, за внимание! Я — не врач, не знаю точно, что там происходит в коме, может, глупость скажу. Но я не думаю, что он забыл о войне в Афганистане (вряд ли он и о развале СССР забыл), Просто в этот момент его сознание «находится» во времена его юности, и все последующие события ему неизвестны. И лишь «подсознание» подкидывает то, что на самом деле происходило позже, а кажется ему вещим сном. Беру «сознание» и «подсознание» в кавычки, потому что с точки зрения медицины, наверное, всё это неправильно звучит.
Что касается момента выхода из комы: видимо, Роман был настолько встревожен, что неудовлетворение его просьбы (помочь Лиде) могло стать для него фатальным. И начальник отделения это тоже понимал.
Как же здоров, что можно получить отзыв от читателей сразу! Со мной такое редко бывает, а потому особенно ценно.

Нетта
Гость
Нетта

Все, кажется, поняла. То есть он в коме видит сны, но его восприятие собственных снов зависит от состояния (возраста), в котором находится его сознаете? То есть, если он в данный момент находится в сознании двадцатилетнего, то сны о событиях из более поздней жизни он не воспринимает. Я правильно поняла?
Если да, то ого, это сюжет на целый роман, неудивительно, что мы не очень поняли :)
С Лидой — да, так, наверное, правдоподобнее :)

Татьяна Попова
Гость
Татьяна Попова

Да, про сны именно так. Спасибо еще раз за Ваше доброжелательное внимание, за замечания! В ответе на комментарий Ольги я написала, что не поняла Ваше замечание по поводк соответствия теме, но постеснялась спросить. Не знаю, правильно ли я поняла Олега, но в Положении о конкурсе он отметил, что все-таки тема условная. И я именно так к этому и отнеслась. Может, я ошиблась, но всё равно рада, что написала именно этот рассказ. Судьба его прототипрв много лет волнует меня.

Ольга Яркова
Гость
Ольга Яркова

Хорошая история, теплая, в любовь верю. Хронология меня тоже немного запутала.
Небольшое замечание:

>мамин шурин
Шурин — это брат жены, как он может быть маминым?

Еще не совсем поняла, в чем здесь тема «как медленно я забывал» — в том, что Лида, получается, 20 лет ждала, пока муж выйдет из комы?

Татьяна Попова
Гость
Татьяна Попова

Ольга, спасибо за отзыв и замечания. И еще за то, что благодаря Вашему отзыву я лучше поняла замечание Нетты (про несоответствие теме). С замечаниями я согласна. Мне очень стыдно за шурина. Это моя ошибка. Я всегда путаюсь в родственниках. Конечно, нужно было проверить, но я слишком увлеклась, что, впрочем, меня не оправдывает. Про тему. Тут сложнее. Я почему-то решила, что рассказ не должен соответствовать «букве» темы, а лишь «духу». Может, и тут я ошиблась? Что ж, решать не мне теперь, а жюри.

Инна Ким
Гость
Инна Ким

Ещё раз здравствуйте! А я не усомнилась даже насчёт темы: главный герой настолько не может забыть любимую, что даже выходит из комы, чтобы её спасти)

Татьяна Попова
Гость
Татьяна Попова

Спасибо! Я именно так почувствовала тему. И поэтому не сразу поняла, о каком несоответствии идёт речь. Но, конечно, моё ощущение может быть ошибочным.

Елена
Гость
Елена

Татьяна, спасибо огромное за рассказ! Очень трогательная история искренней, большой любви. Никакой путаницы и несоответствия не почувствовала. Да, немного надо подумать, чтобы выстроить все в голове, но ведь настоящее чтение и должно заставлять думать. От души желаю победы в конкурсе!

Татьяна
Гость
Татьяна

Спасибо, Елена! Я писала так, как подсказывало сердце, потому что уже много лет судьба прототипов моей истории тревожит душу. И так хочется, чтобы у них тоже случилось чудо.

Сергей
Гость
Сергей

Татьяна, мне Ваше произведение понравилось.

Татьяна Попова
Гость
Татьяна Попова

Спасибо, Сергей!