Семнадцать лет

Олег Чувакин, фото, без бороды, писатель, 2004

Писатель без бороды. Таким я был в июне 2004 года

Минуло семнадцать лет с того утра, когда я впервые уселся за письменный стол, имея намерение сочинять.

Семнадцать лет за письменным столом — это долго. Оглядываясь назад, я, кажется, не верю, что продержался с 2002-го по 2019-й, не переломал карандаши, не выбросил очередные черновики-записки, не прекратил мозолить глаза у светящегося прямоугольника монитора, не ударил кулаком по столешнице с воплем: «С меня хватит!»

Письменный стол, за которым я родился, похож на небольшую площадь. Две тысячи сто на тысячу. Так сказал бы инженер. Два метра десять сантиметров длины и метр ширины, сказал бы мебельный торговец.

Хранить столу верность долгие семнадцать лет мне помогало упрямство. Придавали сил и немногочисленные читатели. Стыдно было показать им фигу.

Но всё подходит к концу. Пересыхают русла рек, мельчают моря, уходят в историю цивилизации, старятся планеты, умирают звёзды, ветшает космос. Что уж говорить о маленьком человеке?

Моя писательская карьера потихоньку завершается. Формируется последний, самый тонкий виток. Завой спирали, ежели вспомнить Набокова.

Я пишу всё так же быстро, но создаю гораздо меньше. Время и силы тратятся на иное. На то, что приносит деньги. На работу. На постоянно оплачиваемую работу.

Никакой особой трагедии я в том не вижу. XIX и XX столетия — время литературы. XXI век — эра телесериалов, Интернета, комментаторов, аналитиков, новостей, чатов, игр и прочих развлечений и способов двустороннего обмена информацией. Книга уходит в прошлое. Тотальное снижение как грамотности, так и качества литературной продукции (намеренно употребляю это слово) сей факт лишний раз подтверждает. Стремительный рост числа больных людей, страдающих графоманией в тяжёлой форме, не владеющих родной речью, однако что-то сочиняющих и издающих, вступающих в бесчисленные союзы писателей и даже считающих себя гениями, тоже это подтверждает. По некоторым данным, в одной только России три миллиона человек хотят издавать собственные книги. Но вот трёх миллионов читателей в России нет. Читатели блогов и зрители видеороликов в миллионных количествах есть, а читателей книг в таком количестве нет.

Писателей на порядок больше, чем читателей? Это безумие, дамы и господа.

Не нужно думать, будто на благословенном Западе иначе. Там то же самое. Нового Диккенса там не родят, нового «Эрроусмита» не напишут. Силёнок не хватит! Да и не нужно напрягаться: кто прочтёт? У теперешних поколений читателей тоже нет сил. Сегодня на книжные базары поставляют чтиво в духе безделушек Мэтта Хейга. Умерли даже классические художественные названия. «Как остановить время». Что это? Томик гуру маркетинга или роман? Ни то, ни другое. Это комиксы с рекламой ибупрофена.

Самые сильные рассказы и повести я написал из чувства отчаяния и благодаря упомянутому выше упрямству. Листая старые творения, своё собрание сочинений (там пока десять томов, и это далеко не все мои книжки), я удивляюсь и радуюсь. Я смог. Но скажи мне кто в начале века, сколько лет и сколько здоровья у меня уйдёт на сочинения, которые бесконечною чередою будут рождаться в моём воображении, я бы, пожалуй, вздрогнул и ужаснулся. Тоже своего рода безумие. Нечто вроде медленного самосожжения. Лучше б зарабатывал деньги — благо возможности были. Вместо бесплатного-то писанья! Или бы просто отдыхал, берёг здоровьишко. Когда прожил почти полста годков на свете, кое-что в этом начинаешь понимать.

Не подумайте, что я о чём-то жалею. Нет.

Таволга, Filipendula, цветущая

Трава таволга

Не то чтобы я больше не хочу писать — я больше не могу. Стоп машина. Буду писать что-нибудь иногда и потихонечку — и на том всё. В конце концов, писателю следует оставить после себя одну книгу. Ради неё ведь всё и затевалось, да? Планов творческих имелось у меня много, идей и сюжетов накопилось лет на пятнадцать вперёд. Теперь возьму из своей кладовки несколько рассказов и одну повесть — и закрою дверь. Ich habe genug.

Нынче в моде давать советы. Я тоже дам один.

Не пишите книг. Имеете клавиатуру, модем, компьютер и хотите жить в сети — ведите блог о гаджетах, программировании, путешествиях, компьютерных шутерах или новинках военной техники. Или станьте стримером: видео — в трендах двадцать первого века. А то займитесь продающими сайтами, SEO, маркетингом, рекламой, монетизацией. Это нужно рынку, то бишь потребителям, на этом можно заработать. Смотрите вперёд, не оглядывайтесь на век Синклера Льюиса и на век Антона Чехова. Не то вместо денег заработаете шок будущего. Об этой болезни полвека тому назад предупреждал футуролог Тоффлер.

Будьте здоровы, мои дорогие читатели! И не грустите. Давайте-ка выпьем по чашке чая с таволгой. Она уже отцветает.

 

Церковь, Успенка, село, луга, фото

Заливные луга у села Успенка. Месторождения таволги

 

© Олег Чувакин, 27-30 июля, 1 августа 2019

Услуги опытного редактора, а заодно и корректора через Интернет. Бородатый прозаик выправит, перепишет, допишет, сочинит за тебя рассказ, сказку, повесть, роман. Купи себе редактора! Найди себе соавтора!
Прочти читательские отзывы и возьми даром собрание сочинений Олега Чувакина! В красивых обложках.

Подписывайтесь на «Счастье слова» по почте!

Email Format
💝

6
Отзовись, читатель!

avatar
  Подписка  
Подписаться на
Исаева Елена
Гость
Исаева Елена

Поздравляю с праздником, Олег! А это именно праздник, поскольку уже целых 17 лет посвящено любимому делу. Я думаю (и верю): всегда были и будут читатели и у художественных произведений. Не сплошь блоги и монетизация, есть место литературе в современном мире. Есть интерес к писательству и чтению книг. В подтверждение тому около трёхсот работ, присланных не так давно на конкурс «История любви». Это количество. А качество мы увидели в четвёрке победителей.

Анна Артюшкевич
Гость
Анна Артюшкевич

ПОЗДРАВЛЯЮ! И ОЧЕНЬ ЛЮБЛЮ!:))

Ирина Бирюкова
Гость
Ирина Бирюкова

Талантливый человек должен быть талантлив во всем, особенно в зарабатывании денег! А новое… оно скрыто, оно зреет и «проклюнется» в свое время! Удачи, Олег!