Паруса надежды, паруса любви

Бутылка, записка, послание, море

 

Текст участвует в конкурсе рассказов «История любви».

Об авторе: Клэр Вирго. От 1-го лица: «По образованию учитель. В настоящее время работаю литературным редактором и корректором. Проживаю в Санкт-Петербурге».


 

Странник прошел, опираясь на посох, —

Мне почему-то припомнилась ты.

Едет пролетка на красных колесах —

Мне почему-то припомнилась ты.

Вечером лампу зажгут в коридоре —

Мне непременно припомнишься ты.

Что б ни случилось на суше, на море

Или на небе — мне вспомнишься ты.

Владислав Ходасевич, 1922

 

— Бабушка, а что там за бутылка? Почему она такая грязная? — Бьянка кивнула на старую, всю облепленную ракушками бутылку, что стояла на камине в специальной подставке.

Изабель рассмеялась и притянула к себе внучку.

— Садись, Бьянни, я расскажу кое-что. Пора тебе узнать нашу семейную историю

 

Когда-то давно жила-была семья, Алберто и Луиз. Алберто был моряком, часто уходил в море, а Луиз хлопотала по хозяйству и продавала на рынке овощи с огорода. Жили они не богато, но и не бедно, и были всем довольны.

Однажды Алберто пришел домой радостный. Бросил в угол сеть, разулся, стащил промокшую и пропахшую рыбой куртку и обнял жену.

— Дорогая, ты не представляешь, что сегодня случилось!

Луиз улыбнулась мужу и поцеловала его в щеку, а потом вывернулась из объятий и захлопотала, продолжив готовить нехитрый ужин.

— Иди умойся, поедим, и ты все мне расскажешь.

Пока Алберто отсутствовал, она успела поставить на стол похлебку, достать свежеиспеченный хлеб и нарезать овощи. Во время еды оба молчали, но Луиз видела, что мужу не терпится о чем-то ей поведать, и прятала улыбку — давно она не видела его таким вдохновленным.

После ужина Алберто сел у печи, прислонился к теплой стене и поманил жену. Луиз села рядом и положила ему голову на плечо. По привычке провела рукой по щеке, обвела все морщинки, выбеленные морским ветром, на загорелом лице, отвела наверх прядь волос, которая сразу же упрямо упала обратно. Такой родной, близкий, любимый… Вспомнила, как первый раз увидела его на деревенском празднике. Загорелый, подтянутый, мускулистый, он выделялся среди всех деревенских парней своей улыбчивостью и заразительным смехом. Именно за этот смех она его и полюбила. И хотя сейчас он смеялся гораздо реже — причин для этого становилось все меньше и меньше, — морщинки около губ и глаз никуда не делись. Они очень красили его и без того привлекательное, мужественное лицо. И пусть кожа кое-где потрескалась от соленых брызг, а темные волосы местами выгорели на солнце, отливая медью и золотом, и разбавились серебром, она все еще видела того Алберто, который десять лет назад случайно пришел на деревенский праздник и остался навсегда. Вспомнила, как он говорил, что сначала заметил ее необыкновенные глаза, а потом услышал голос. Алберто всегда сравнивал его с колокольчиком или журчанием ручья — такой же серебряный и живой. Почему-то именно сейчас ее потянуло на ностальгию.

— Так вот, — начал Алберто, — сегодня на пристань приходил богатый путешественник, искал опытных моряков для длительного плаванья. Я нанялся к нему.

— Как? — Луиз отпрянула от мужа и неверяще уставилась на него. — И ты согласился? А что будет со мной?!

— Не бойся, милая. Тот человек заплатил аванс, хватит на безбедную жизнь на год вперед. — Алберто достал из внутреннего кармана увесистый, туго набитый кошель и протянул жене. — А через год я вернусь.

Луиз заплакала. Ей очень не хотелось отпускать мужа в такое длительное плаванье, она знала, как коварно бывает море — оно отобрало у нее отца и брата, которые тоже были рыбаками, — и не хотела, чтобы с Алберто случилось то же самое. Да что там, она переживала каждый день, когда муж уходил в море, ведь тот мог и не вернуться. А тут целый год!

— Ну не плачь, милая. Зато потом мы заживем, как короли. Наниматель обещал заплатить в десять раз больше, когда вернемся. Купим новый дом, большую лодку. Я буду привозить больше рыбы, тебе не придется заниматься огородом, чтобы прокормиться.

— Но мне нравится огород, — сквозь слезы пробормотала Луиз. — Откажись, пожалуйста, Алберто! — горячо зашептала она, прижавшись к мужу. — У меня плохое предчувствие.

Он погладил жену по голове и поцеловал в макушку.

— Все будет хорошо, любимая. Верь мне. Я вернусь. Я всегда возвращаюсь.

— Тебе я верю, а вот морю — нет! — горько сказала Луиз и встала. Хотелось чем-то занять себя, чтобы не думать о плохом. Поэтому она достала корзинку с рукоделием и принялась штопать рубашки Алберто. — Когда вы отплываете? — спросила, не поднимая глаз.

— Завтра утром.

Луиз лишь кивнула, пытаясь спрятать очередной поток слез…

 

Ранним утром следующего дня она стояла на городской пристани, глядя на величественный корабль, пришвартованный неподалеку. «Санта-Констанса» — красовалась надпись на борту. Мачты поднимались в небо, паруса, медленно разворачиваясь, постепенно натягивались от ветра, команда сновала туда-сюда, завершая последние приготовления. Где-то там, на корабле, был и Алберто, но из-за суеты, царившей на пристани и борту, Луиз его не видела. В этот момент она ненавидела все, что любила и знала с детства: запах моря, крики чаек, ветер, путавшийся в волосах. Она бы все отдала, чтобы повернуть время вспять, заставить мужа отказаться от этого путешествия. Но не могла. Слезы бессилия текли по щекам и быстро высыхали на резком ветру, оставляя лишь чуть заметные полоски.

Сердце кололо от предчувствия надвигающейся беды, но, как ни вглядывалась она в синюю даль, где небо сливалось с водой в одно целое, так ничего и не увидела. Хотя за год многое может случиться.

Луиз выдохнула и в этот момент поняла, что что-то изменилось. Глянула на корабль: вся команда была уже на борту, трап подняли, и работники порта отдавали швартовы. Все было готово к отплытию. Луиз судорожно искала глазами Алберто. Вот он, стоит на бортике, держась за ванты, и машет ей! На глаза вновь навернулись слезы, но Луиз храбро подняла руку и помахала, а потом улыбнулась. Муж просил верить ему, и она будет верить, отбрасывая прочь плохие мысли.

Долго еще она стояла на пристани, вглядываясь в горизонт, где скрылся корабль, увезший мужа. Никак не могла заставить себя пойти домой. Ведь там ее никто не ждал. И так будет еще целый год…

 

— А что было дальше, бабушка? — Бьянка от нетерпения кусала губы. Глаза горели, она с восторгом слушала рассказ.

— Вот любопытная, — покачала головой Иззабель.

 

Прошел год. Все это время Луиз старалась не думать о плохом, но к концу срока уже считала дни до возвращения мужа. Жила она очень экономно, поэтому от денег, что оставил ей Алберто, осталась почти половина. Она ни в чем не нуждалась, но очень скучала по мужу. Часто ходила на берег моря, садилась на песок и слушала песню прибоя. Ей казалось, что в тихом шорохе она слышит шепот мужа. А если закрывала глаза, видела его образ: улыбающееся лицо, ласковые глаза, взлохмаченные ветром волосы, слипшиеся местами от соленых брызг. Иногда казалось, что она слышит его заливистый смех, и сама смеялась в ответ, но улыбка тут же гасла, как только она понимала, что воображение играет с ней.

Порой она вглядывалась вдаль, словно силясь на горизонте разглядеть паруса его корабля. Волны, набегая одна за другой, целовали голые ступни Луиз пеной, сиротливо жались к намокшему платью и обреченно отступали, чтобы смениться своими товарками. А Луиз беззвучно роняла слезы в океан, пополняя его солеными каплями. Вместе с ними уходила и печаль, пусть временно, но все же. Луиз вытирала щеки, поднималась, отряхивая прилипший песок, не желавший расставаться с ней, и отправлялась домой.

А еще Алберто по возвращении ждал сюрприз — сын, который лежал в колыбельке и смотрел на мать так, словно пытался понять, о чем она думает. Маленький Мигель был точной копией отца: такие же густые брови, темные вихры надо лбом, внимательный, какой-то взрослый взгляд почти черных глаз. Глядя на него, Луиз на время забывала о том, что Алберто нет рядом. Муж словно смотрел на нее глазами сына. Это успокаивало и дарило надежду.

Не раз за это время у Луиз появлялась мысль: знай муж, что она носит под сердцем дитя, зачатое как раз перед его отъездом, наверняка остался бы с ней. Ведь он так мечтал — они оба мечтали! — о ребенке. Вот только она сама не подозревала ни о чем.

Но прошел год, потом еще один, и еще, а Алберто все не возвращался. О корабле с названием «Санта-Констанса» никто ничего не слышал, хотя Луиз часто ходила на пристань и расспрашивала моряков. Она еще не потеряла надежду окончательно, но та становилась все призрачнее и с каждым днем таяла.

Шли годы, Мигель рос, радовал мать, становился настоящим помощником, а от Алберто не было никаких известий. Соседи говорили, что корабль наверняка потонул вместе с командой, советовали забыть и жить дальше, найти хорошего мужа, но Луиз отказывалась. В ее жизни уже был мужчина — Мигель. Теперь все силы и всю любовь она отдавала ему.

Нелегко было в одиночку поднимать сына, однако Луиз не жаловалась. Бралась за любую работу, все так же выращивала овощи на огороде и продавала, ходила готовить и убирать в богатый дом… Научилась выполнять и мужскую работу.

Молодая и красивая женщина нравилась мужчинам, но на все предложения руки и сердца Луиз отвечала отказом. Любовь к Алберто была жива, несмотря на годы, проведенные в разлуке. Соседки за глаза жалели ее и называли дурочкой, потому что не соглашалась вновь выйти замуж — ведь ее мужа все давно считали пропавшим в море. Но Луиз было все равно — она ждала любимого. Мечтала, что однажды Алберто вернется, распахнет дверь, скинет куртку, пропахшую солью, ветром и потом, и крепко-крепко обнимет ее. Скажет, что любит ее, что скучал. А потом засмеется и поцелует. И хотя в глубине души понимала, что это всего лишь мечта, но не переставала ждать. Ведь для настоящей любви море не преграда.

Луиз старалась прятать слезы от сына, но это не всегда удавалось. Однажды, вернувшись от соседского мальчишки, с которым часто играл, Мигель застал маму плачущей.

— Не плачь, мам. Я совсем скоро вырасту и буду помогать тебе, старик Фернандо уже сказал, что ищет помощника на будущий год. Стану выходить с ним в море, приносить рыбу…

— Нет! — воскликнула Луиз. — Только не в море! Оно отобрало у меня отца, брата, мужа. Тебя я ему не отдам!

Луиз прижала сына к себе, словно пыталась защитить от невидимых посягательств ненасытной стихии.

— Обещай мне, что никогда не выйдешь в море!

— Обещаю.

Мальчик обнял мать и мысленно пообещал, что сделает все, чтобы его мама больше никогда не плакала.

Выросший Мигель по просьбе матери стал строителем, а не рыбаком. Вскоре он привел в дом невесту, у них родились сын и дочь, у Луиз появился новый смысл в жизни. Она все еще скучала по Алберто, но давно смирилась, что любимый не вернется. О дедушке она рассказала подросшей внучке Микаэлле, названной в честь отца, та — своим дочерям, и потому эта история дожила до сегодняшних дней, передаваемая из уст в уста.

 

— Но ты так и не сказала, что это за бутылка!

— Ах да, бутылка… Ну что ж…

 

Спустя триста лет после этой истории один рыбак, забросив сети, выловил из воды странную бутылку. Она была грязной, облепленной тиной и ракушками, но внутри явно что-то было. Рыбак принес ее домой и открыл. С трудом достав содержимое, увидел карту с каким-то крестом, а на обратной стороне — письмо. Он разобрал только имя — Луиза и подпись — Альберт. Остального не понял, потому что не знал испанского, на котором было составлено письмо.

Сначала рыбак хотел выкинуть бутылку вместе с содержимым, но после подумал, что кто-то, возможно, ждет весточки от любимого, поэтому направился к своему соседу, знавшему испанский. Вместе они перевели письмо, узнали название деревни, где жили Алберто и Луиз, и решили передать его той, кому оно предназначалось. У них был друг, который часто плавал в Испанию, ему они и поручили доставить записку по назначению.

Франсуа, которому друзья рассказали о содержании письма, согласился выполнить просьбу. Он отыскал семью Сантьяго, хотя это и было непросто — слишком популярная фамилия. Но Франсуа удалось найти потомков тех, кто помнил эту семью, и лишь тогда узнал, что прошло три столетия с тех пор, как автор этого письма отправился в море. Конечно, Луиз давно не было в живых, как и ее детей и внуков, но их прапрапраправнуки благодаря Микаэлле помнили историю предков и были рады такому подарку судьбы.

С тех пор эта бутылка всегда стоит на почетном месте в нашей семье, а история любви Луиз и Алберто передается от поколения к поколению.

 

— А что написано в письме? — Бьянка от природы и так была довольно любопытной, а тут и вовсе не могла спокойно усидеть на месте, желая услышать историю целиком.

Изабель все еще раздумывала, рассказывать ли все, но Бьянка нетерпеливо дергала ее за рукав.

— Ну хорошо, детка, слушай…

 

«Дорогая, любимая Луиз! — начиналось письмо. — Прости, я очень подвел тебя. Просил верить мне, обещал, что вернусь, но не исполнил обещания, оставил тебя одну. Год назад мы попали в страшный шторм. «Санта-Констанса» затонула, забрав с собой на дно почти всю команду, включая капитана. Осталось всего несколько человек. Несколько дней мы, уцепившись за обломки корабля, боролись с ветром и волнами и потеряли еще двоих. На исходе третьих суток, когда буря пошла на спад, мы заметили вдалеке землю и, гребя из последних сил, направились к ней.

Это оказался небольшой необитаемый остров. К нашему счастью, на нем каким-то чудом оказался ручей и росли фруктовые деревья. Мы смогли утолить голод и жажду. Матрос, с которым я сдружился на корабле, Пьетро, нашел следы животных, а это означало, что от голода мы не умрем. Однако еще один человек покинул этот бренный мир, скончавшись от многочисленных ран. Нас осталось только четверо.

Целый год мы охотились, собирали плоды и этим кормились. И все ждали, вдруг вдалеке покажется корабль, который сможет забрать нас отсюда. Но, видимо, этот остров находится в стороне от торговых путей. Потому что за прошедший год на горизонте ни разу не мелькнул парус.

Через пару месяцев пребывания на острове к берегу прибило сундучок. В нем лежали карты, письменные принадлежности, секстант и несколько бутылок вина. Секстант нам был ни к чему, а вот вино, карты и чернила с пером пригодились. Мы выпили вино, «отмечая» годовщину на острове, а потом каждый написал записку на оборотной стороне карты. Положим в бутылки, запечатаем смолой и бросим в море. Если ты читаешь это письмо, значит, затея удалась.

Мы все надеемся, что хотя бы одну бутылку подберет какой-нибудь корабль и спасет нас. Последние известные нам координаты «Санта-Констансы» я отметил на карте, а название нашей деревни написал внизу. Если эту записку найдут уже после того, как спасать будет некого, надеюсь, ее передадут тебе.

Я каждый день думаю о тебе, любимая. Мне снишься ты, твой голос. Я слышу его в криках чаек, шуме волн, шелесте листвы, журчании ручья. Мне постоянно кажется, что, если обернусь, увижу тебя, как ты улыбаешься и протягиваешь ко мне руки. Я очень скучаю по тебе. Как ты там? Не забыла ли меня? Не обиделась ли, что подвел тебя? Если так, то еще раз прошу — прости. Я очень люблю тебя, моя маленькая Лу…

Навеки твой Алберто».

 

Изабель посмотрела на внучку, которая улыбалась. Сама она была больше похожа на Луиз, а вот Бьянка явно пошла в своего далекого предка, Алберто.

Они обе подошли к окну. Заходившее за горизонт солнце окрашивало небо и море в янтарно-алые оттенки. Легкий ветер гнал по небу белые полупрозрачные облака, и на миг Изабель показалось, что на горизонте мелькнули паруса «Санта-Констансы». Мысленно отдавая дань памяти предкам, она перевела взгляд на внучку и, увидев ее мечтательный взгляд, вновь улыбнулась.

— Я тоже хочу, чтобы меня так любили, — прошептала Бьянка. — Это возможно?

— Конечно, детка. Для настоящей любви нет преград ни на земле, ни на небе, ни в море.

 

© Клэр Вирго

Услуги опытного редактора, а заодно и корректора через Интернет. Бородатый прозаик выправит, перепишет, допишет, сочинит за тебя рассказ, сказку, повесть, роман. Купи себе редактора! Найди себе соавтора!
Прочти читательские отзывы и возьми даром собрание сочинений Олега Чувакина! В красивых обложках.

Подписывайтесь на «Счастье слова» по почте!

Email Format
💝

4
Отзовись, читатель!

avatar
  Подписка  
Подписаться на
D.St.
Гость
D.St.

Почему вы до такой степени не доверяете читателю? Высказанная мысль повторяется эхом.

«море — оно отобрало у нее отца и брата…» — «не хотела, чтобы с Алберто случилось то же самое»
«переживала каждый день, когда муж уходил в море» — «ведь тот мог и не вернуться»
«тебе не придется заниматься огородом» — «чтобы прокормиться»
«вся команда… на борту, трап подняли, работники порта отдавали швартовы» — «Все было готово к отплытию».
«Соседки за глаза жалели ее и называли дурочкой» — «потому что не соглашалась вновь выйти замуж»
«Долго еще она стояла на пристани, вглядываясь в горизонт» — «где скрылся корабль»
«прилипший песок» — «не желавший расставаться с ней»
«Бралась за любую работу, … выращивала овощи на огороде и продавала, ходила готовить и убирать в богатый дом… Научилась выполнять и мужскую работу» — «нелегко было поднимать сына»
» Любовь к Алберто была жива» — «несмотря на годы, проведенные в разлуке»
«Бьянка от нетерпения кусала губы. Глаза горели…» — «Вот любопытная»
«Если ты читаешь это письмо, значит, затея удалась» — неужели! вот так номер!

Жалко. Читатель, может, и дурак, но не до такой степени.

И неужто рыбак хотел выкинуть найденную старинную карту с манускриптом? что это с ним? а потом умудрился и расшифровать, и довести письмо до места назначения. Если уж умудрился, то с самого начала должен был пылать интересом к находке…
«Изабель все еще раздумывала, рассказывать ли все» — как же она может раздумывать? вся соль и кульминация истории в бутылке, которая «стоит на почетном месте в нашей семье» (почетное место в семье… это комод? камин? он в семье?)

«Для настоящей любви нет преград…» — это, конечно, хорошая фраза, но где-то мы ее…

Ксения
Гость
Ксения

Полностью присоединяюсь к D.St!!! Было все очень и очень пережевано предсказуемо, как будто бы писали для 5-летних. И стиль был поэтому немного деревянно-буратиновый. «Жил-был старый шарманщик Карло. Он ходил по дворам, играл и пел, и за это ему бросали медные деньги». Я не верила ничему. А особенно содержанию записки… А может быть это надо было изначально в виде сказки записывать, и тогда нужно брать красный карандаш и вычеркивать все неровности и оставлять одну сказку.

D.St.
Гость
D.St.

Автор это и попытался сделать, так и начал: однажды, давным-давно… И притом рассказывал ребенку. Но немного переборщил с объяснениями, а читаем-то мы, взрослые))

Елена
Гость
Елена

Спасибо вам за то, что поделились. Чувствуется, что писать вам нравится, надо определенно продолжать, только теперь приглядываться к своим текстам как бы глазами читателя… К сожалению, сказка получилась банальной, без изюминки. Очень многословный текст, наивный без изящества, герои плосковаты, в сюжете и во взаимодействиях персонажей несколько заметных натяжек. Одно мне определенно понравилось — то, как героиня с любовью разглядывала лицо своего мужа. На мой взгляд, она все это увидела бы за обедом, во время длинной молчаливой паузы (кстати, почему?), а не в несколько нетерпеливых минут, когда он ждал возможности объявить ей новость. Но само описание трогательно.