В шкафу пахнет озоном

Сидоров зажёг в комнате свет — хотя было два часа дня, и в небе светило солнце, и окно не было задёрнуто шторами, — и стал осматривать нутро пустого платяного шкафа: от пола до потолка. Ни кнопок, ни приборов, ни лампочек, ни индикаторов, ни каких-нибудь вентиляционных отверстий он не заметил. Тогда он осмотрел шкаф снова, начав с дверей и проверив навесы и крепления, и потрогав зачем-то головки винтов, и покрутив стальные ручки — дешёвую подделку под бронзу (облезет, наверное, через месяц).

Бинокль «Минокс», бывший в употреблении

Казалось, времена смешались: мне, мальчишке из настоящего, почти сорок один год, а она та же семиклассница из канувшей в исторический провал эпохи генсеков и праздничных демонстраций трудящихся; она настоящая девчонка, а я поддельный мальчишка, молодящийся бородатый старикан, которому возле неё не место.

Перевалило за полночь

Остановившиеся в прошлом веке наручные часы «Orient», покупка дней его молодости, в ночь на 12 января 20… года вдруг наладились. Услышав механический щелчок, писатель выудил их из верхнего ящика стола, где хранилась всякая всячина, не нужная, но памятная. Часы тикали громче обычного, зато делали это уж очень редко, будто одно компенсировалось другим. Скажут «тик», а пока дождёшься «так», успеешь чаю напиться.

В начале было слово

Стоял июльский полдень. Старик и его старуха сидели дома за рассохшимся деревянным столом и перекидывались в «дурачка». Карты были засаленными, с обтрепавшимися и обломавшимися краями. Худой, поджарый и жилистый старик с азартом хлопал ими об стол, а плотная, широкоплечая старуха лениво роняла карту, сбрасывая её с ладони большим пальцем. Её карта иногда падала рядом с картой старика, и тот надвигал её на свою, словно находил в том какой-то порядок.

Мечта не может обмануть

Инопланетянин появился 13-го января, в воскресенье. Аккурат после того, как мамуля моего последнего ученика, Руслана, сказала по телефону, что мои филологические услуги больше не требуются. И трубочку повесила, не дожидаясь ответа.

Вкус карамели

Март. В лужицах на оттаявшем чёрном асфальте отражается солнце, в глазах танцуют жёлтые пятна. Серое снежное крошево шуршит под сапожками и ботиками. Подготовительная группа детского сада, построенная в колонну по два, идёт на экскурсию в библиотеку. Воспитательница следит, чтобы никто не поскользнулся, не упал. В алом плаще и белом берете Зоя Аркадьевна походит на художницу.

В Москву!

Октябрята Ваня и Женя не решили домашнюю задачу по математике и схлопотали по двойке. Отметки, выведенные размашистым почерком Степаниды Кузьминичны, поселились кровавыми загогулинами в их дневниках. Мальчики и опомниться не успели, как совершилось непоправимое.

Добро пожаловать!

Эти страницы — для тех, кто умеет и любит читать медленно.
«Юра заглядывал под зонтики в надежде поймать сквозь пелену дождика хоть одно счастливое или беззаботное лицо. Но не попалось ни одного. Юра, человек в промокшей рубашке, пробовал улыбаться прохожим, но это не срабатывало, а однажды вызвало эффект, противоположный задуманному: старушка шарахнулась от него, как от психа, застучала быстро по тротуару палочкой. У гастронома «Родничок» дождь перестал сыпаться, выглянуло солнышко, окна домов заблестели, от асфальта стал подниматься пар, — но и тут никто не улыбнулся, точно в городе действовал похититель улыбок, давно завладевший всеми улицами без исключения».
«В детстве я часто мечтал о звёздах. Хотел улететь на какую-нибудь планету. Не побывать, а именно — улететь. Вообще-то, если как следует задуматься, я мечтал не столько о самой планете, сколько о полёте к ней. Тёмно-синий космос, белые далёкие звёзды, цветные мазки галактик, пугающие «чёрные дыры», за которыми прячется антимир… Я стою у огромного круглого иллюминатора, а весь этот космос, вся эта бездонная, безначальная синева, — там. И картина день за днём сдвигается… Став взрослым, я не забыл о своём «полёте». И чем старше я становился, тем чаще к своей мечте обращался. Мечтать о несбыточном для неудачника — сродни вере. Мечтатель знает, что его фантазии не сбудутся — но оттого знает и то, что он не разочаруется. Особенно часто я думал о космосе в последние дни. Зимой почему-то больше хочется в космос, чем летом. Может, это что-то наше, сибирское».

ХУДОЖЕСТВЕННОЕ СЛОВО. Сайт Олега Чувакина
— Название нелепое, — сказал Сидоров. — Как у винтовки. Нет, как у ракеты с ядерной головкой. Ну, чего ты от них требуешь? Названия не писатели придумывают. — Он припомнил строчку из рекламного буклета: «Фабрика «Соира», производящая плательные шкафы «Вискора»…»
В шкафу пахло озоном. Как после грозы. В шкафу стоял свежий и сухой, щекочущий ноздри запах. Такой, какой почему-то боязно вдыхать. Это, наверное древняя боязнь, догадался А. П. Сидоров. Берущая начало от страха человека перед силами природы.
Поскользнулся Добрушин позднее: на полпути домой, в берёзовой роще, которую там и сям рассекали тротуарчики, крытые скользкой плиткой-брусчаткой. Виктор упал возле скамейки, успев выпустить коробку с игрушкой и подставить к животу руки. На скамейке сидели двое: он и она, и Добрушину стало неловко. Девушка вскочила, наклонилась, протянула ему руку, впрочем, запоздало, а парень остался сидеть.
Дома Добрушин не спеша приготовил щи: порезал картошку, нашинковал немного свежей капусты, выбрал заправку: её он изобильно наготовил в поллитрушках летом и в сентябре. В быстро забурлившую на газе воду добавил карри. Потом нарезал хлеб и заварил зелёный чай.
— Не спешите высказать первое желание. Подумайте. Взвесьте все «за» и «против». Отмена желания, увы, невозможна. Желаний — всего три. Не разочаруйте самого себя, Виктор Иванович!
Инопланетянин появился 13-го января, в воскресенье. Аккурат после того, как мамуля моего последнего ученика, Руслана, сказала по телефону, что мои филологические услуги больше не требуются. И трубочку повесила, не дожидаясь ответа. Вот и дно, Олег Геннадьевич, сказал я себе, вот и дно.
Помочь Олегу Чувакину большими и малыми деньгами вы можете тут. Можете и не помогать; тексты по-прежнему будут появляться на сайте бесплатно. Однако, если автор помрёт на чердаке с голодухи, в том будет и вина тех, кто прошёл мимо.
Powered by Tempera & WordPress.