Как отучиться писать плохо. Советы начинающим авторам

На коленке, копирайтер, писатель, компьютер, текст, писать плохо

 

Создавать тексты — не развлечение, а труд. Чтобы овладеть профессией писателя (прозаика, публициста, копирайтера), чтобы выработать неповторимый стиль, вам потребуется несколько лет непрерывного труда.

Презрение к профессии

Большинство начинающих авторов не находит работу с текстом работой. Такая пониженная установка особенно характерна для копирайтеров, которые и писателями-то себя не считают. Между тем их занятие подразумевает производство складных и бойких коммерческих текстов.

Создавать тексты — не работа? Не труд?

Задумайтесь-ка. Да ведь это презрение к писательству! В сущности, люди ненавидят то, чем занимаются. Мол, это так, развлечение за клавиатурой. Игра. Да и платят за эту игру ничтожно мало. Вон, посмотрите, сколько предлагают господа заказчики на биржах контента. Ну кто будет создавать хорошие тексты за двести рублей?

Охотно верю: никто не будет. Но переверните-ка монетку. Посмотрите на реверс. Кто создаёт хорошие тексты, кто научился писать хорошо, кто занимается тем же копирайтингом основательно, увлечённо, вкладывая в своё дело душу, тот с грошовыми биржами не сотрудничает. Тот давно наладил контакты с платёжеспособными заказчиками. К такому автору обычно выстраивается очередь. Пока вы сочиняете дурные тексты для бирж, делая процентную прибыль их хозяевам и хозяйкам и поставляя клиентам свой copywrite за копейки, трудолюбивые авторы работают с клиентами напрямую и получают за результат труда плату на порядки выше.

За результат труда.

Аналогичная картина в журналистике. И в любой публицистике, в создании нехудожественных текстов. В производстве на заказ или в написании для собственного сайта.

Есть авторы, стиль которых узнаётся с первого абзаца, узнаётся без подписи перед заголовком. Это не обязательно литераторы. Есть публицисты, тексты которых затягивают с первых слов. Есть писатели non-fiction, умеющие увлечь и своей манерой письма, и знанием предмета, и самой основательностью погружения в тему.

Как они этого достигли?

За каждой их строкой стоит труд.

Нельзя научить, но можно научиться

Уильям Зинсер в книге «Как писать хорошо» («On Writing Well») говорит, что писательству нельзя научить, зато ему можно научиться.

Неоспоримо. Это подтвердит каждый писатель, выработавший стиль и потративший годы труда на его шлифовку.

Несколько лет упорного ежедневного труда. Три, пять, семь лет. Вот столько времени уходит на освоение профессии писателя. На её начальный этап.

Лет пять каждодневной работы над словом и каждодневного чтения лучших авторов — вот единственный верный путь к созданию стиля, к выходу в первую шеренгу тех, кто может похвастаться заслуженным успехом на писательском поприще. Человека создал труд. Профессионала создаёт труд. Обходных путей нет.

В той же книге Зинсер упоминает публициста, который на одну статью затрачивал примерно год. Журнальных номеров с очередным его материалом читатели ждали словно божественного акта.

Страшно: то, что написано автором за год, поглощается читателем за вечер.

Вспомните, сколько времени наш Чехов потратил на сахалинскую поездку. И сколько здоровья. И вспомните несколько десятков страниц о Сахалине и рассказ «Гусев». Это всё, что написал Чехов за тот жизненный период.

Нынче, в эру социальных сетей, распространилось и поддерживается иными платными учителями такое мнение: время, которое копирайтер тратит на заметку в соцсети или в блоге, не должно превышать времени, в течение которого он выпивает чашку кофе. Вот, мол, какой уровень словесной скорости!

Мнение это вздорное. Те, кто прислушивается к веяниям Интернета и подчиняется правилам, устанавливаемым хозяевами соцсетей и контролируемым их роботами, возводят преграды на собственном пути. Они ломают собственный стиль (если он у них выработан, конечно) и стремятся втиснуться в узкие рамки всяких инстаграмов — сетей, которые не только задают форму для текста, но уже и диктуют содержание. И заставляют писать по 1-2 текста каждый день, размещать их в определённое пиковое время.

Человеческий ли это труд? Нет. Таким образом человек, творец превращается поневоле в робота, уподобляется машине. Не личность он, но сетевое приложение. Безликая часть коллективного «я». Фигурка у бесконечного конвейера, чья лента тянется во тьму. Дежурный, чьё участие в общем машинозанятии заметно только тогда, когда он по несколько раз в сутки напоминает о себе, как бы загорается светляком, разгоняя временно темноту у своего рабочего участка. Не разогнал темноту, не зажёг вовремя светильник, заснул на посту — соседи оттолкнут от конвейера, ряд сомкнут и тотчас о пропавшем забудут. Дорога в никуда. Никто не откручивает ленту сетей назад. Там стрелка одна — вперёд.

Недаром сети называют «социальными». Личностей там нет. Есть толпа. Именно потому старым добрым выражением «я», выражением личного остаётся сайт или блог. Частная площадка. Или устарелая бумажная книга. Соцсеть для писателя не место. И тем паче не участок, не часть территории, где можно повысить мастерство, общаясь с другими похожими обитателями. Вот растерять мастерство — это там запросто.

В «Фейсбуке» скопились миллиарды пользователей. Не тесно? Подумайте над адским числом, попытайтесь охватить его умом. Я вам подскажу: это невозможно. Воображения не хватит. И кто ж заметит вас в «ФБ», если формальная машинно-сетевая задача состоит как раз в том, чтобы вы не выделялись, а действовали как все, вписываясь в рамки рекламно-контекстного алгоритма?

Такое обездушивание попахивает уничтожением индивидуальности, безвозвратным её стиранием. В прошлом веке люди боялись военного засилья машин, бунта позитронных мозгов, перемалывающего колыхания стальных рук и ног. Сейчас мы видим, что засилье — программное, что выглядит оно совсем иначе, что война эта тихая. И что человечество в ней проиграло.

Мы покупаем вещь потому, что идею о покупке нам, как и всем, внушила реклама в соцсети. Мы пишем плохие тексты потому, что все в соцсети так делают. Мы занимаемся копирайтингом потому, что Валентин, Пётр и Мария тоже им занимаются. Мы строчим статьи и рассказы на коленке потому, что у нас, как и у всех, нет времени поработать обстоятельно, изучить фактуру, продумать… Что, кстати, продумать? Мы уже не знаем. Мы бросаемся читать (точнее, листать) книжки умных людей на тему писательства, не понимая, что читать такие произведения следует очень медленно, постоянно к ним возвращаясь. И мы не замечаем, что все лучшие книги на эту тему написаны в прошлом веке. Тогда, когда не было социальных сетей.

И главное. Мы не понимаем ценности собственной жизни и собственного труда потому, что все кругом перестали это понимать.

Мы похожи на детей малых, подражающих друг дружке и взрослым.

Только дети меняются — вырастают, а мы не растём.

Год на журнальную статью?

Такой подход к журналистике сегодня вызовет только хохот.

Надо написать про Сахалин? Посмотрим в Интернете, пороемся в общей свалке минуты две. И спишем, переиначив слова и вывернув фразы.

Мы не хотим учиться. Нам некогда. Мы заняты подражанием. Подражанием тем, кто тоже подражает и кому тоже некогда.

Как продолжать писать плохие тексты и навсегда остаться начинающим автором

Во время телефонного разговора, перекуса в пиццерии, просмотра телефильма или поездки в маршрутке тексты не пишутся. Набросать пару фраз, зафиксировать карандашиком на бумажке явившуюся мысль или нашептать мысль на диктофон можно; создать хороший текст — нельзя. Если начинающий автор не понимает этой азбучной истины, он и поседев останется начинающим.

Не важно, кем называет себя автор: прозаиком, поэтом, журналистом или копирайтером. При всех разновидностях писательской профессии труд остаётся трудом.

Принято считать копирайтинг чем-то второсортным. Да, это так, если подходить к нему с таксой в двести рублей. Помните рассуждения Джека Лондона о двухдолларовых головах? Перечитайте «Лунную долину», коли забыли. Так вот: для двухдолларовой головы любой труд будет второсортным.

Коммерческое писательство — тоже писательство. Это ремесло, профессия. И художественное письмо — ремесло, профессия. Отличия есть, но сходства куда больше, чем можно подумать.

Главное (и большое) сходство — труд. Каждодневный труд. Желание достичь многого: набить руку, прийти к неповторимому стилю, создать себе имя. Деньги — тоже отличный стимул. Однако прежде мотивы, мотивы подлинных достижений: стиль, мастерство образа и детали; то, из чего складывается неповторимость.

Копирайтер Дэн Кеннеди два года ежедневно переписывал чужие рекламные письма, целые мешки писем, анализировал деловые предложения, изучал их, обращая внимание на удачные (успешные, прибыльные) и неудачные (чьи авторы мимо клиентов и их денег промахнулись). Постепенно он устроил целую картотеку с папками из накопившихся выписок.

Ну а вы как? Готовы два года переписывать чужое и на основе опыта разных авторов и опыта предыдущих поколений учиться создавать своё?

Заниматься текстом

Заниматься копирайтингом значит заниматься текстом. Не зарабатыванием денег. Не поиском лёгкого способа существования. Не использованием компьютера просто потому, что он под рукой. Не переписыванием шаблонных фраз у копирайтера-соседа.

Переиначивать написанное другими, подбирать машинным способом синонимы, которые таковыми не являются, коверкать родной язык не значит заниматься копирайтингом. Это значит оставаться тем же двоечником, каким вы, вероятно, были в школе. И не нужно думать, что ваша тройка или четвёрка — это тройка или четвёрка. Чаще это кол или двойка. Отличник не списывает и чужое не крадёт. Гордость не позволяет.

Заниматься художественной литературой тоже значит заниматься текстом. Не поиском литнегра, который за вас допишет или напишет. Не наймом редактора, который выправит и отшлифует. Не оплатой курсов, где предприимчивые дельцы за несколько тысяч или несколько десятков тысяч рублей обещают сделать из поступившего ученика прозаика или поэта. (Курсы ничего такого не делают и никогда не сделают. Вспомним Зинсера: нельзя научить, можно научиться.)

Заниматься публицистикой и журналистикой тоже значит заниматься текстом. Не передиранием чужих новостей и аналитических статей. Не рерайтингом (точнее, плагиатом). Не высасыванием чего-то там из пальца, а предварительным сбором фактов, поездками в глухомань, интервьюированием.

Заниматься текстом. Трудиться. Каждый день. Иначе будете «очень стремительно» выдавать тысячи знаков «с проблемами» как вот эти профессионалы, имя им легион:

 

Тексты копирайтеров, плохие тексты, как отучиться писать плохо

Бросьте писать плохо. Избавьтесь от дурной привычки и приобретите привычку хорошую

Мы можем бросить курить. Или пить. Бросить писать дурные тексты мы тоже способны. Больше того, мы способны писать хорошо.

Пожалуй, бросить писать плохо сложнее, чем бросить курить. Ибо избавляться придётся от двух привычек разом: от приобретённой склонности делать дело наспех и от социального (общественного) непонимания и даже неодобрения вашей новой затеи.

Как заниматься копирайтингом?

Этот вопрос задают те, кто уже занимается копирайтингом. Как странно! И нет, я не шучу. Вопрос я скопировал из соцсетей. Он типичный. Повторяющийся.

Вопросом такого рода мучаются не только копирайтеры.

Литераторы, сочинившие рассказы и романы и отведавшие критики, спрашивают, как заниматься литературой, имеются ли способы, позволяющие быстро овладеть «техникой».

Журналисты, получившие высшее образование и работающие в газетах, ищут редакторов и платят редакторам — с тем, чтобы те быстро показали им, как заниматься журналистикой.

Мир сошёл с ума?

Писать — это труд. Написанный материал — итог труда.

Труда, а не «быстрого способа». Мистических способов и волшебных секретов здесь нет. Годы труда — вот мой, и не только мой, ответ всем вопрошающим.

Поначалу я писал плохо. Скверно, совсем скверно. У меня были обыкновенные беды с языком, с письменной речью: канцелярит при довольно скудном лексиконе. И я не был в молодую свою пору достаточно начитанным. Да, я ходил на работу, как и вы, я много времени отдавал этой работе, потому как кушать хотелось. А когда много работаешь, на чтение времени остаётся мало. Однако читать нужно. Обязательно. Не спи, но читай. Это обязанность любого писателя, коммерческого или некоммерческого.

Я читал. Находил время. Я перестроил свою жизнь. Я пробовал спать по методу Леонардо да Винчи — по пятнадцать минут каждые четыре часа.

Я научился читать медленно, впитывать чужие тексты, отчасти даже проживать их, представлять, как творил их автор. Я оставлял карандашные пометки на бумажных полях, я делал выписки. Я учился у любимых прозаиков и публицистов. Я выделил своих любимых из длинного общего ряда.

Вот это первое. С этого должен начать будущий писатель.

Второе. Писать надо каждый день. Это столь же важно, как читать каждый день. Пусть вас мучит совесть так же, как мучила она меня, когда я день пропускал. Трудитесь. Нет прощенья тому, кто ленится. Кто ленится, тот наказывает себя сам.

Третье. Приучите себя основательно разбираться в любом вопросе, который возникает по ходу создания текста. Вникайте в тему, погружайтесь в детали, изучайте специфику. Обращайтесь при нужде к знатокам. Чехов ничего не смыслил в бильярде — и не стеснялся спросить у игрока с кием. Сомневаетесь в термине? Берите энциклопедию или словарь. Не уверены в факте? Проверяйте. Семь раз отмерь — один раз отрежь. Удобочитаемость? Стиль, ритм и темп? Краткость? Насыщение деталями, конкретикой при уходе от общих мест? Перечитайте, перепишите и снова перепишите. Выверяйте всё! На другой день вернитесь и заново перепишите.

Труд плюс самодисциплина. И не имеет значения, рассказ у вас или рекламная статья. Без труда не вынешь и рыбку из пруда.

Трудно быть личностью

Результатами непрерывного чтения и писания станут обогащение лексикона, избавление от мусорных слов, вычищение грязи из языка и, наконец, уникальный стиль.

О, ваш стиль уже узнаёт читательская аудитория! Отныне вы не похожи на других. Вы выделились из толпы. Вы победили в войне с роботами. Вам больше не диктуют социальные сети. Напротив, вы им диктуете!

Вы больше не пишете так, как пишет загнанное роботами большинство. Вы осознали, что это путь в тупик. Проторённая, твёрдо утоптанная тропа к глухой стене. И вы поняли, что так нельзя заработать, зато можно отсидеть задницу и обрасти хроническими болячками.

Вы поняли, что копирайтинг — отнюдь не переписывание чужих текстов, но только использование готовых идей, отбор лучших стратегий для генерации подходов собственных.

Вы поняли, что литература не создаётся в суете метро и между телефонной болтовнёй. Вы поняли, что ценное сотворяется медленно.

Вы не говорите больше на языке болтунов из сетей, не употребляете словечек вроде «нетленка», «перс» и «накатать на коленке». Вы больше не «аффтар».

Вам стало сложнее общаться с окружающими людьми, но вы и это понимаете: такова плата за обретение личности.

За обретение себя.

 

© Олег Чувакин, 19 декабря 2020

Услуги редактора

Обратись к опытному редактору, а заодно и корректору

Бородатый прозаик выправит, перепишет, допишет, сочинит за тебя рассказ, сказку, повесть, роман. Купи себе редактора! Найди себе соавтора!
Олег Чувакин рекомендует:
Журнал молодых писателей Пролог
«Талантам надо помогать». О журнале молодых писателей «Пролог»

Суровые, беспощадные условия, высеченные на сайте «Пролога» как на скрижали, затрудняют писателю доступ в журнал: «Пролог» дает выход на сайт только талантливым произведениям, без ссылок на ученичество или возраст автора, придерживаясь известной поэтической формулы: «Талантам надо помогать. Бездарности пробьются сами».

Кактус, колючий, колючки, глаза, книга, читатель
Бета-ридер. Впереди редактора

Желаете узнать всю правду о своей рукописи и своих литературных способностях? Наймите бета-ридера. За небольшую плату он прочтёт ваш роман или сборник рассказов и даст тексту строгую оценку.

Ребёнок, мальчик, плюшевая игрушка
Борода редактора

Литературный редактор созидает медленно. Слов «срочно» и «аврал» в в его лексиконе нет. Он творец, и творец много выше автора, ибо автор в наши дни величина малая, ноль с запятой и циферкой тысячной.

Тетрадь, чистая, ручка, писатель, написать книгу
Грамотность, воображение, трудолюбие

В России писателей стало больше, чем читателей. Нынче почти каждый, кто идёт в Интернет, с маниакальным ожесточением долбит по клавиатуре и мнит себя Львом Толстым XXI века.

Велосипед, без колёс, книга без букв, агенты, Ябеда-Корябеда
Дело Ябеды-Корябеды живёт и побеждает

«Жизнь, алчность, творчество». О ком эта книга? Что означает выражение «Зачем стать?», употребляемое господами книгоиздателями? Как правильно умножить часы на людей и разделить на деньги? Правда ли, что человек произошёл от древнего романтика, а роман «Обломов» написал Гоголь? Что такое «коша в шоколаде»? И почему дело Ябеды-Корябеды живёт и побеждает?

💝

4 комментария:

  1. Олег, мне очень понравилась Ваша статья своей правдивостью. Сама занималась несколько лет копирайтингом на бирже «Адвего». Без труда не выловишь ни рыбку из пруда, ни успех в написании даже ничтожной статейки… Казалось бы, все ясно: есть силы и уверенность в себе, ТРУДИСЬ дальше. Ну… а на нет и суда нет!
    Но откуда же берутся плохие писатели?
    Может быть, от излишней самоуверенности?!..

    • Олег Чувакин

      Есть спрос, будет и предложение. Спрос на дешёвых писателей велик. И растёт. Число бирж контента и сайтов фриланса увеличилось за последнее десятилетие. Старая добрая экономическая теория, классическая, сходится у нас с практикой: на российском рынке копирайтинга закон спроса и предложения работает чётко. Определяющий фактор конкуренции один-единственный: цена. Это реалии эпохи Карла Маркса. :)

  2. Олег, спасибо за статью. Я по профессии журналист , представитель еще «старой школы». И нас учили бережному отношению к слову, будь то большая газетная статья или небольшая информация. Да, согласна, что сегодня спрос на дешёвых писателей, журналистов, копирайтеров и т.д. велик. Уходит культура слова, культура текстового общения с читателем. «Пипл схавает», особенно, если приправить всё «желтизной». За это еще и приплатят. Очень грустно от этого.

    • Олег Чувакин

      Слово «писатель» уже неловко, стыдно произносить. Где не только труд обесценился, но и сам язык, там писателю делать нечего. Пакеты минут и ГБ, которые скучают, или ласковые и нежные постельные принадлежности — вот достижения писателей XXI века. Если это покупают, значит, оно кому-нибудь нужно.

Отзовись, читатель!

E-mail не публикуется. Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с тем, что владелец сайта узнает и сможет хранить ваши персональные данные: имя и электронный адрес, которые вы введёте, а также IP. Не согласны с политикой конфиденциальности «Счастья слова»? Не пишите сюда.