Дмитрий Безуглый. Последняя глава

Аффтар, пеши исчо!Так себе!Недурственно!Замечательно!Автор молодец! 5+! (Оценок: 11, средний балл: 3,91 из 5)
Загрузка...

Трасса, поле, фото, иллюстрация

 

Текст прислан на конкурс «Художественное слово» 09.04.2017 г.

Об авторе. Безуглый Дмитрий Георгиевич, р. 16.10.1977 г. в Днепропетровске. «Имею два высших образования, степень магистра государственного управления. Окончил Franklin University (USA) и получил степень МВА, а профессиональная деятельность лежит в плоскости управления проектами. Хобби: пишу рассказы и романы, катаюсь на мотоцикле. Байкер со стажем :)».

Примечание организатора. Автор на 5 с хвостиком процентов превысил максимальный объём текста, заданный правилами (10.000 знаков с пробелами). Однако рассказ на конкурс принят. Смотрите примечание здесь.

 


 

Последняя глава

 

Над своей первой книгой Семен Гранин работал почти десять лет. Вначале появилась мечта — создать шедевр. Затем рука как-то сама собой легла на клавиатуру, пальцы забегали по клавишам, а на экране монитора быстро появлялись буквы, слагающиеся в слова, которые становились предложениями. Дальше было сложнее. Он то откладывал работу на потом, то вновь возвращался к ней. Часто из-за обычной лени не хватало воли продолжать писать. Бывало, менял сюжетную линию, перечитывал раз за разом, и затем правил уже напечатанный им текст. Но в итоге все сводилось к одному — нужен финал. Чувственный, дерзкий, срывающий шаблоны. И вот весь свой сказ, изливающийся из самой души начинающего писателя, следовало очень точно и аккуратно подвести к такому окончанию романа, что сделать было весьма сложно. Иногда Семен даже боялся, что ничего не получиться. Опасался упустить детали, и тогда будет нарушена логика всего произведения. Осознавал, что работать в жанре детектива, да чтобы еще и романтика присутствовала, было сложно. По задумке в конце главный герой, влюбляясь без памяти в прекрасную девушку, умирает, совершив до этого тяжкое преступление. Но не по своей воле преступает черту закона. И образ главного героя должен быть противоречивым, он просто обязан скрыто понравиться читателю, даже несмотря на совершенный им проступок. И их любовь, мгновенная и обреченная, вызовет бурю в сердцах людей, перелистывающих последние страницы его романа.

И вот, наконец, окончательная глава. Она уже полностью продумана — оставалось только потратить время и написать ее. Предвкушая будущее издание своей первой книги, последующие затем презентации, и ее успех, Семен чувствовал сильное волнение, а внутри него приятно ныло от предвкушения славы. О том, что мог быть и провал его иллюзий, что роман может стать на самую крайнюю полку букинистической лавки, и покрыться пылью, начинающий писатель старался не думать. Гнал эти мысли прочь от себя. Но одна такая все же подтачивала его мозг, вызывая сомнения. Чтобы отвлечься Семен решил посвятить этот день катанию на байке. На любимом «Харлее электроглайд», который ласково называл «Электричка». Да прокатиться так, чтобы все дурные мысли из головы вон! Приятной музыкой для ушей Гранина зарычал заведенный двигатель мотоцикла. Надев шлем и перчатки, Семен сел в седло, пару раз крутанул ручку акселератора. Наслаждаясь грубым визжанием мотора, он выехал с парковки, слегка приоткрыв забрало шлема. Свежий, чуть сырой воздух залетал в щель, обдавая лицо прохладой. Вот оно — чувство свободы! Семен Гранин мчался навстречу судьбе…

Мария влюбилась с первого взгляда. Вначале думала — это жалость. Глядя на молодого парня профессиональным взглядом врача-реаниматолога, отметила про себя — «очень красив». Затем стыдливо тряхнула головой и корила себя за проявленную женскую слабость. Он был весь в крови, одежда разорвана в клочья, многочисленные переломы и ссадины видны невооруженным взглядом, но, слава богу, голова цела. Спас шлем. Говорят, он, когда уходил от столкновения с пешеходом, резко крутанул руль, а заднее широкопрофильное колесо в тот момент налетело на кочку. Парня волокло по асфальту более двадцати метров, а в конце бетонный забор. Полиция идентифицировала его как Семена Гранина, когда патрульный нашел в кармане кожаной куртки водительские права. Зато личность другого мужчины все же пострадавшего в страшной аварии пока не установили, поэтому и запись в карточку не сделали. Гранин был без сознания. «Очень тяжел», — обеспокоенно отметила Мария. Сбитого пешехода увезли в операционную №2, но он на первый взгляд пострадал меньше. Оперировали Семена долго. «Сложили» сломанные кости нормально, говорил хирург Марии, которая почему-то проявила больше участия к пациенту Гранину, нежели к остальным. «Заглядываешься, подруга? — хитро ухмыляясь, спросила Наташа, ведущий лаборант, которая взяла анализ крови из вены Семена». «Как второй? — вместо ответа, поинтересовалась она». «Не второй, а Артем Гранов». «Как так?». «А вот так! Сама удивилась — судьба штука непредсказуемая. Фамилия всего на одну букву разниться. И свела ж их нелегкая на той дороге, — Наташа вздохнула и направилась в лабораторию». Через несколько дней Семен пришел в себя, а Мария уже поняла, что желает его общества, что сильно жалеет его и хочет быть просто рядом. Они много времени теперь проводили вместе, и, казалось, Семену, вытянутому на растяжках и всему перебинтованному, будто египетская мумия, также нравилось общество симпатичного и участливого доктора.

«Ко мне заходил врач, — как-то раз произнес Гранин тихим и грустным голосом». «И?». «Мне осталось жить не более месяца». Мария опустилась на стул перед кроватью, и заторможено смотрела на Семена. В эти минуты она внезапно поняла, как сильно любит его. «Не может быть, — прошептала она». «Результаты анализов крови. У меня Неходжкинская лимфома. Рак». Это был шок для нее, удар судьбы ниже пояса. Мария долго говорила с лечащим врачом, а потом с Наташей, которая и делала анализ двоим пациентам — Семену Гранину и Артему Гранову. Состояние последнего улучшалось быстрее, а травмы оказались не такими серьезными. «Прости, подруга, — Наташа сочувственно качнула головой. — Мне жаль». А Семен, после того, как узнал страшную новость, быстро угасал. Мария, каждый раз уходя из его палаты, запиралась в манипуляционной и тихо плакала. Шли дни, и Семен, отчаявшись, рассказал ей о своей мечте. О книге, которую он почти написал, но осталась последняя глава. И он никогда не допишет ее — руки в гипсе, а времени жить мало. И вдруг произнес тихим шепотом, еле слышно: «Я люблю тебя». Мария не выдержала и, рыдая, обняла Семена: «Я тоже, мой хороший, я тоже тебя сильно люблю!». Она зашла к нему вечером, нежно поцеловала в ссохшиеся губы, подумав про себя, насколько он сдал — круги под глазами, белесая кожа и сильно истощал. Он вяло поднял веки и посмотрел на Марию. «Хочешь, ты будешь диктовать, а я все запишу, — предложила она. — Мы все успеем. Обещаю!». «Ты ведь не читала рукопись, — слабо возразил Гранин». «Я прочту книгу, которая скоро выйдет в свет, — ответила она, ободряюще улыбаясь». «Там главный герой… он влюбляется в девушку… как я в тебя, — Гранин слабо улыбнулся. — И в конце умирает… как я…». «Ты не умрешь, — автоматически возразила Мария, но вера в ее голосе отсутствовала». Идея понравилась, но не вдохновила Семена — он постоянно думал о том, что вот-вот умрет. Ему даже казалось, что смерть уже рядом, поджидает удобного случая. А несколько раз чувствовал, что все — конец близко, но это оказывалось лишь последствием впечатлительности от игры воображения. Он все-таки принял предложение Марии. Семен диктовал, она писала, но мысли были о стремительно уходящих минутах жизни, а не о книге, а потому получалось скудно и примитивно. Переписывали заново. И снова не то. Мария видела его отчаяние, утешала, говорила, как любит его. Всячески подбадривала. Кое-как последняя глава все же начинала прорисовываться, и оставалось совсем немного. Ей стало казаться, что Семен как-то воспрял духом, стал веселее, и это облегчало на чуть-чуть ее душевные муки. Но Мария все так же плакала, уходя от него и запираясь где-нибудь подальше от глаз коллег.

Когда она в один из дней, поработав с Граниным над книгой, вышла из его палаты, то услышала громкий разговор какого-то мужчины с одним из врачей отделения. Он привлек ее внимание, и она подошла ближе. «Этого просто не может быть, — изумленно говорил мужчина, в котором Мария узнала выписывающегося пациента по имени Артем Гранов». Это был тот самый парень, которого сбил Семен на мотоцикле. «Простите, но я вижу перед собой заключение лечащего врача и лаборантов, — возражал доктор. — Никакой ошибки». «Но я ведь за несколько недель до аварии сдавал анализ крови, — продолжал настаивать Гранов. — И у меня совершенно четко определили Неходжкинскую лимфому!». И вдруг в голове Марии что-то щелкнуло. Рванулась по коридору в сторону лаборатории. «Наташа! — кричала она. — Наташа!». «Тише, подруга. Распугаешь своими воплями. Что случилось то?». «Это же ты делала анализы крови, когда к нам привезли Семена и этого Гранова? — Мария сильно волновалась от мучившей ее страшной догадки». «Конечно я! — гордо ответила ее подруга». «Фамилия! У них ведь похожие фамилии!». «И что с того?». «Ты не могла ошибиться? Ну… перепутать результаты?». «Совсем чокнулась! — Наташа покрутила пальцем у виска. — Как это перепутать? Все в компьютере». «Ты их сама печатала? — Мария не теряла надежду». «Нет. Лиза печатает». «Прошу тебя, давай поднимем их. Надо перепроверить». «Да что случилось то?». И Мария рассказала о том, что слышала разговор доктора и выписывающегося из больницы Артема Гранова. «Не может быть, — изумленно произнесла Наташа, но уже кинулась к компьютеру в поисках нужного файла. — Сейчас…вот…вот он!». Она открыла результаты анализа крови по обоим пациентам и, шумно выдохнув, присела на стул, чувствуя в ногах резко возникшую слабость. «Матерь божья! — Наташа не могла поверить своим глазам. — Мы ведь и вправду перепутали результаты…». Но Мария уже пулей вылетела из лаборатории. Она мчалась к Семену. К тому, кого подарила ей сама судьба. К человеку, которого сильно полюбила, и который оказался совершенно здоров, потому что рак определили в крови Артема Гранова, а не Семена. Чудовищная ошибка дуры — лаборантки Лизы! Мария ликовала! Ее сердце прыгало в груди от радости в предвкушении той важной новости, которую она сейчас же сообщит любимому. И он сам, собственноручно напишет последнюю главу к своей книге. И издаст ее!

«Увы, мы здесь бессильны, — возле палаты Семена почему-то стояли два доктора, один из которых был тот, что говорил недавно с Грановым, и медсестра». Их лица выражали скорбь. Но почему? Сердце екнуло в груди и Мария, боясь спросить, подошла к ним. «Он…, — но слова застряли у нее в горле». «Прости, Маша, — один из врачей сочувственно покачал головой. — Семен Гранин только что умер…». Голову сдавила сильная боль, не хватало воздуха, а из глаз тихо потекли слезы. Тот доктор, что спорил с Грановым по поводу результатов анализов, присел рядом с опустившейся на колени Марией: «Я не успел сказать ему об ошибке. Человеческий мозг еще долго будет интересовать умы ученых. Его свойства совсем нераскрыты, и Семен поверил в то, что его смерть близка. И умер. Чудовищная нелепость. Хотя психология серьезная штука. А Гранову я так и не сказал, что результаты анализов перепутали. Вдруг излечиться?». И ушел, сочувственно похлопав Марию по плечу. А она так и сидела около палаты, тихо рыдая, а в голове только одна мысль — он написал свою последнюю главу…

 

© Дмитрий Безуглый, 2017

78

Отзовись, читатель!

1 comment — "Дмитрий Безуглый. Последняя глава"

Подписаться на
avatar
Анна
Гость
Анна

Встречаются пара несвязных предложений и орфографических ошибок. А сюжет рассказа интересный, увлекательный , слаженное повествование, стиль изложения- всё радует. Тяжело переносить такой драматический конец . Но это не является отрицательным моментом качества рассказа,

wpDiscuz