Глава 2. Роковая ошибка аспирантки Оладушкиной

Девушка, у подъезда, Новый год, декабрь, ёлки, Оладушкина, Прося, Евпраксия

 

Глава участвует в литературном конкурсе «Соавтор Деда Мороза».

Автор об авторе: «Ольга Иванова. Проживаю в Татарстане, работаю корреспондентом в районной газете. На сайте — новичок, этот рассказ — проба пера в художественной прозе».


 

Евпраксия, как пантера, рванулась к растаявшему на ее глазах Холодцову, а точнее, к тому, что от него осталось.

— Передозировка! — с отчаяньем подумала она и вдруг ужаснулась — кот явно понимал человеческий язык! — Может оно и лучше, — решила Прося. Оставаться один на один с произошедшим ей было бы жутко.

— Что же я наделала, Тимофей Валерьянович! — по привычке сказала коту Евпраксия и внимательно присмотрелась к Холодцову. — Ой, кажется, у Триши температура уже перевалила за минус! — вскрикнула она.

У серебристого колыхания утвердительно увеличилась амплитуда колебаний.

Кот, сидя на спинке стула, на которой трепетала нынешняя Трифонова сущность, вдруг поежился и отозвался:

— Чистая правда, хозяйка, у меня лапы уже отмерзают.

Просины кудряшки как по команде снова встали вертикально:

— Так ты еще и говоришь?! Может, ты понимаешь язык Триши теперешнего? Может тогда посовещаться, что же делать дальше?

Полосатый зверь с важным видом выгнул спину и предложил:

— С одной стороны здесь чистые плюсы: кормить-поить не надо, можно свернуть, как спортивный костюмчик, и положить в сумку. Сумка превратится в мини-холодильник, можно колбаску хранить, молоко, сметанку.

Серебристые контуры обреченно съехали на пол, явно не радуясь такой перспективе.

Растерянная Евпраксия бережно подняла с пола эфемерную субстанцию, и застыла, не зная, что с ней дальше делать.

Пальцы аспирантки зябли, но она не выпускала Холодцова из своих цепких рук.

И тут она на секунду представила себе, что никогда больше не увидит человеческий образ своего закадычного друга: его худющую фигуру, заостренный нос и светлые, как озера, глаза…. «Да, именно, как чистые озера», — с грустью подумала она

— Тришечкин, какая я дура! — прошептала она. — Но вдруг вскинулась, опустила светящееся колыхание на прежнее место, и лихорадочно забегала по комнате: — Нужен антидот! Нужен антидот!

Она корила себя за то, что не подстраховалась от непредвиденных ситуаций и не вывела формулу спасения от своего чудо-порошка. Еще одно доказательство — практика ее слабое место.

— Делать нечего, надо приспосабливаться к сложившимся обстоятельствам, — философски заметил кот. — Между прочим, хозяйка, его колебания трансформируют через меня только одно слово «Добила!».

Прося вдруг решительно тряхнула головой — не в ее характере так легко сдаваться.

— Тришечка, мой родненький-холодненький, не переживай, я что-нибудь придумаю!

— Хозяйка, из его состояния можно извлечь толк, — снова подал голос Тимофей Валерьянович. — Надо снести его в ваш институт, там ему найдут применение. Случай явно интересный, испарились даже его штаны и рубашка.

— Ы-и-иии, — вдруг нарушили их диалог странные звуки. Неожиданно предмет обсуждения, увлекаемый невидимой силой, снова взмыл под потолок и, как воздушный лайнер на взлетную полосу, устремился к приоткрытому окну. Еще мгновение и…. невесомый призрак Триши легонько обогнув его створку, растворился в уличной декабрьской синеве.

— Удрал! Испугался! — воскликнул кот. — Трус!

— А как же Прося? Как же ее наука и диссертация? — разочарованно протянул он и повернулся к хозяйке: — Он просто устал быть твоим подопытным кроликом.

Но Евпраксия ничего не слышала. В светлой голове будущего кандидата оккультных наук Е. Оладушкиной, толкаясь и перевертываясь вверх тормашками, роились химические формулы. Как же так?! Из-за чего секретный ингредиент пирога превратился не в утеплитель, как она планировала, а охладитель? Какой элемент таблицы Менделеева непрошено вторгся в выверенные ею молекулярные связи? — ломала голову Евпраксия.

Кот подошел к хозяйке, потерся своим боком о ее ногу и неожиданно выдал: «Муррр-мяу!»

Она отмахнулась:

— Ну, говори быстрей, что тебе?!

Но Тимофей Валерьянович, потираясь, не прекращал своей кошачьей песни, словно потерял дар человеческой речи.

«А вдруг так оно есть?» — с ужасом подумала аспирантка. — «Внезапно обрел и внезапно потерял. Неужели кот разговорился только в присутствии призрака Триши? Или я сама немного не в себе?»

Тут реалистка Оладушкина взяла себя в руки, отогнав прочь взявшие ее в полон пессимизм и сомнения, быстренько накинула на себя полушубок, шапку, сапожки и выбежала на улицу. О, она отлично знала направление! Ну, куда еще мог спастись бегством изгой и затворник Трифон Холодцов? Конечно, как моллюск в раковину, как мышка в норку — в свое убежище-пристанище, спасительную «скорлупку» — ТОЛЬКО ДОМОЙ! Но прежде она решила заехать к себе к себе на работу — в лабораторию. Там, в шкафчике над ее столом, хранились ингредиенты испытанного на Холодцове вещества.

В лаборатории института было тихо. Завлаб Катерина Панкратовна, стареющая дама предпенсионного возраста, вооружившись пинцетом, взвешивала на аптекарских весах какие-то мелкие штуковины, записывая результаты по старинке — в тетрадь. «Добрый вечер!» — прошелестела ей Оладушкина и ринулась к своему рабочему месту. Катерина Панкратовна даже не обернулась. Вот они, пробирки и колбочки с разноцветными жидкостями и порошками — засучив рукава, Евпраксия деловито стала переставлять в поисках нужных. «Евпраксия, — вдруг нарушила их стеклянный перезвон начальница, — забыли что-нибудь?». «Да, Катерина Панкратовна, свой телефон», — на ходу соврала Прося. — «Случайно, не этот?» — завлаб кивнула головой на лежащий на ее столе смартфон. — Сегодня решила немного прибраться, ну и обнаружила под шкафом». Прося глянула на телефон и аж подпрыгнула, узнав в нем Трифонова «старичка» первой модели, но тут же сникла — зачем он ему теперь? Она взяла со стола безнадежно разряженный телефон и снова зазвенела склянками. Но внезапно на миг застыла, а затем с криком «Ур-ра! Эврика!» стремглав выбежала из комнаты. Завлаб неодобрительно-осуждающе посмотрела ей вслед…

А в это время Холодцов после своего позорного бегства в невесомом обличье блуждал в синеве декабрьского вечера. Домой почему-то идти, а вернее, перемещаться в воздушном пространстве — не хотелось. Прохожие его не замечали. В мерцании рекламных огней и светящихся предновогодних витрин, в отблеске падавших снежинок его очертания терялись из виду. Только уличные кошки по-прежнему чуяли Трифона за версту и шарахались в сторону, и это его как-то успокаивало. «Теперь мне, суперхолодному, не страшен никакой мороз», — с усмешкой думал он. Утратив свою телесную оболочку, Холодцов, к счастью, не потерял мыслительных способностей и не лишился еще одного невидимого органа — души.

Обижался ли он на Просю, которая ненароком превратила его в НЕЧТО? Наверное, да. В любом случае, он чувствовал себя жалкой жертвой ее неосторожных научных изысканий. Он слышал весь разговор Евпраксии с котом, все ее метания и стенания. А последнее предложение Тимофея Валерьяновича, грозившее ему вечной мерзлотой в подвальном холодильнике Просиного института и делавшее его теперешнее состояние необратимым, повергло в неимоверный ужас. Но еще больше Холодцов переживал, что все его робкие мечты и надежды, связанные с девушкой Евпраксией, рухнули навсегда. Чувствовать себя рядом с ней какой-то неосязаемой пустотой, хоть и светящейся, было выше его сил. Однако, для оптимизма причины у него тоже были: Холодцов радовался, что не успел доесть последний кусок пирога, который, как он теперь считал, лишил бы его зрения, слуха и способности размышлять.

Так, терзаемый своими мыслями и со своей обычной скоростью семь километров семьсот метров в час Трифон достиг автобусной остановки возле своего дома….

Тем временем в институте оккультных наук (ИОК) свет горел не только в лаборатории. Директор института — полноватый, лысоватый мужчина Ираклий Тщедушнов, а для своих подчиненными просто «шеф», тоже не спешил уходить домой. Шеф ломал голову над одной важной проблемой. Наплыв мыслей душил его, и, наконец, не выдержав, он вызвал в свой кабинет завлаба Катерину Панкратовну, зная, что та работает у себя допоздна.

— Катерина Панкратовна, голубушка, у меня к вам самый наиактуальнейший вопрос. Наука, как говорится наукой, изыскания и прочее, а как дело обстоит с новогодними чудесами? — озабоченно обратился он к ней. — Вы не забыли? Новый год на носу! Чем нынче будем удивлять население? Вы, как заведующая самого ответственного фронта, что можете предложить?

Катерина Панкратовна нервно поправила очки на переносице, но довольно уверенно произнесла:

— Наш фронт не подкачает, уж будьте спокойны. Заготовлены и прошли апробацию летающие метелки и ступы, начищены вещающий светящийся глаз и магические зеркала. Наши инженеры разработали….

— Я вас умоляю, Катерина Панкратовна, — перебил ее шеф. — Это же позапрошлый век! А что-то креативное, чего никогда и нигде не было, в запасе наших научных сотрудников имеется?

У завлаба округлились глаза так, что их диаметр совпал с диаметром очков:

— Что вы, Ираклий Вениаминович!!! Это новейшие разработки по оккультизму и магии! Аналогов в мире нет! — воскликнула она. — Наши ребята инженеры постарались. Да вот, они создали специальный магический термометр для нашей лаборантки Евпраксии Оладушкиной. Кстати, третий год она пишет кандидатскую диссертацию, и по слухам у нее готова практическая часть. Пора бы ее с Оладушкиной спросить.

— Да, Оладушкина — девушка деятельная и перспективная, — сказал шеф, припоминая пышнотелую румяную сотрудницу, — но, правда, торопыга, серьезности бы ей побольше.

Завлаб поджала губы и сухо заметила:

— Ну, насчет перспективности это вы явно преувеличиваете? С ответственным делом вряд ли справится.

Проницательная Катерина Панкратовна давно ощущала в бойкой аспирантке ту, что со временем может посягнуть на ее пост, и потому недолюбливала эту, как она считала, легкомысленную выскочку. Дело понятное, кому нравится, когда молодежь наступает на пятки?

Шеф почесал за ухом и неожиданно сказал:

— Завтра Оладушкину — ко мне! Пора уже получать плоды от нашей молодежи, тем более трехлетних изысканий…

Раскрасневшаяся от бега Оладушкина, шепча на ходу «Да чтобы я в пятницу, да еще 13-го занималась наукой!» подбежала к Трифоновой автобусной остановке. В ее глубине на скамье что-то странно ярко поблескивало. «Снег не снег?», — предположила она. Но присмотревшись, Евпраксия узнала в этом блеске знакомый абрис угрюмой Трифоновой фигуры. — «Эх, зря не захватила с собой кота», — мелькнула у нее мысль. Но то, что затем увидела Прося, стало понятно без переводчика Тимофея Валерьяновича. Еще больше переливаясь в свете фонарей, серебристые очертания колыхались и сотрясались в немых рыданиях. Сердце Оладушкиной дрогнуло. «Тришечкин, не плачь, все будет хорошо, я спасу тебя, чего бы мне это ни стоило! — воскликнула она. — Дай мне три дня, и я выведу порошок твоего чудесного возвращения. Если тебя нельзя будет угостить пирогом, открою волшебное облучение, и ты вернешься к нам: новый, добрый, теплый и всеми любимый!».

Серебристый призрак вдруг замер, колыхания прекратились. Не зная, что делать дальше, Евпраксия машинально направилась в сторону многоэтажки, где жил Холодцов. Светящаяся фигура отделилась от скамьи и послушно последовала за ней. Достигнув подъезда, Прося взялась за ручку входной двери, собираясь впустить призрак, но тот, опередив ее, внезапно растворился в темноте металлического входного контура.

«Ну, ладно, хотя бы Трифон сейчас дома — в безопасности! — с облегчением вздохнула Евпраксия и помчалась обратно к автобусной остановке.

 

© Ольга Иванова

Услуги опытного редактора, а заодно и корректора через Интернет. Бородатый прозаик выправит, перепишет, допишет, сочинит за тебя рассказ, сказку, повесть, роман. Купи себе редактора! Найди себе соавтора!
Прочти читательские отзывы и возьми даром собрание сочинений Олега Чувакина! В красивых обложках.

Подписывайтесь на «Счастье слова» по почте!

Email Format
💝

22
Отзовись, читатель!

avatar
  Подписка  
Подписаться на
Ольга
Гость
Ольга

Пока это отзыв автора, который просит извинения за то, что как следует не перечитал текст перед отправкой и допустил несогласованность в падеже и пропуск букв в 2-3 словах((

Инна Ким
Гость
Инна Ким

Ольга, мне понравилось, как Вы гармонично интегрировались в мир, сочинённый Олегом Чувакиным. По-моему, получилось ладно и складно. И даже индивидуально (к моему приятному удивлению). Вон и любовь появилась:)
Хлопаю в ладоши!
К слову, Ваше продолжение побудило мою собственную фантазию: а почему бы нет?! Если успею по времени, обязательно напишу «чумачедшую» главку)) В общем, проснулся азарт.
Хотя сначала меня сильно смущал привкус Стругацких (а именно «Понедельника»), которых я любила в детстве, но в 15-ть они были вытеснены Булгаковым — и так далее.
И с тех пор как отрезало — не могу читать Стругацких.
А Пратчетта могу.
А он тоже своего рода социальная фантастика))

Ольга
Гость
Ольга

Инна, спасибо за отзыв! Как же без любви? Без нее никуда! Она должна была появиться, намеки в первой главе имеются. Сейчас у меня со стороны главной героини больше всплеск альтруизма и жалости. Наверное, «ладно и складно» получилось, но до «индивидуально»….Вы мне льстите))). Пыталась придерживаться стиля первой главы, но «сползла» с самого начала. Как я поняла из положения, Дед Мороз опубликует еще две, затем выберет лучшую из трех. И так на каждом этапе до восьмой главы. Каждый участник пишет только одну и моя миссия окончена. Хотя фантазия неудержимо рвется дальше) Конечно, дерзайте, Инна! Уверена, у Вас получится восхитительно «чумачедшая главка». Ждем с нетерпением!

Ирина
Гость
Ирина

Ольга, мне так понравилось Ваша глава и то, как Вы ловко подхватили эстафету.
А почему бы Вам не отпустить свою фантазию на свободу? Ваша миссия не окончена. Напишите продолжение. Только до финала никому не говорите, что получилось. Интересно будет узнать, что «сотворил» коллектив, а что получилось у Вас.
Желаю Вам успеха!

Снегурочка

Ольга
Гость
Ольга

Ой, только сегодня, к своему стыду, обнаружила отзыв Снегурочки! Оказывается, я его как-то проворонила. Спасибо большое, Снегурочка, за добрые слова! Не знаю, наверное, не наберусь прыти на собственные главы до финала. Вроде «сдала вахту» и уже успела расслабиться и мозг вместе со мной: «Правила есть правила!» Пусть другие тоже попытают счастья стать соавторами Деда Мороза, хотя Ваше предложение и очень заманчиво:).

NB
Гость
NB

Ах, как хорошо!
Ольга, Вы в любую предложенную тему так гармонично умеете в прямом смысле слова ВПИСАТЬСЯ?
Ой! — вскрикнула я. — Это же проба пера! Это правда проба пера у Вас??? Ничего себе проба!
А какой чудесный Ираклий Тщедушнов возник))) И Катерина Панкратовна заиграла!
Я тоже аплодирую!

Елена Исаева
Гость
Елена Исаева

И мне понравилось, как плавно перетекают события из первой главы в потенциально вторую!)

Ольга
Гость
Ольга

Большое спасибо всем за хорошие отзывы! Проба пера в том смысле, что рассказы не писала, а только газетные статьи. И меня очень вдохновила первая глава….
Сейчас вижу, где можно было усовершенствовать. Ошибки снова обнаружила (два раза подряд в одном предложении «к себе» проскочили, вопросительный знак в конце «Насчет перспективности вы явно преувеличиваете?» не нужен), но пусть остаются. Ничего страшного.
Можно было обыграть фамилию Тщедушнов с его внешностью, к примеру, «Вопреки фамилии директор был полноват и лысоват» и т.д., Заменила бы некоторые слова на более точные и добавила новые определения: «радовался, что не съел последний кусок злополучного пирога» и т.д. Слабые предложения: «Может, ты понимаешь язык Триши теперешнего? Может, нам посовещаться и решить, что делать дальше?», но не смогла найти им замену (или поленилась?)
Возможно, слишком быстро взяла «быка за рога» в любви. Надо было плавно подвести к этому, тоже намеками, только чуть более явными. С другой стороны, метаморфозы с Холодцовым обнажили это чувство, которое он скрывал даже от самого себя. Но главный конфликт, думаю, у меня наметился. Что выберет Евпраксия? Демонстрацию плодов своих научных изысканий – призрак Триши, а значит, карьерный рост (станет завлабом), или откажется от этого ради спасения своего друга?

NB
Гость
NB

Как раз очень смешно, что полный человек, который отирает старомодным платочком лысину, исподволь созерцая пышные прелести Оладушкиной — Тщедушнов)))

Ольга
Гость
Ольга

Нет, что Вы! У меня «шеф» — мужчина серьезный! И «ничего такого» себе не позволяет, даже в мыслях)). Я сначала написала, «с удовольствием вспоминая пышнотелую, румяную сотрудницу», но потом «с удовольствием» убрала. Но «любовный треугольник» тоже можно ввести, например, соискателем руки и сердца Проси сделать кого-нибудь из ребят-инженеров, поклонников, «которым, как понимал Трифон, хочется ее потрогать, помять, пощупать». И еще обязательным героем произведения должен стать Дед Мороз, который, оказывается, ЗНАЕТ точный рецепт чудо-порошка. Думаю, по этой причине Евпраксия вскрикнула «Эврика!», а, может, нашла второй способ общения с бессловесным призраком (кроме кота). Например, через современные беспроводные каналы связи. Не зря в первой главе упоминается Wi-Fi -маршрутизатор. Одним словом, простор для фантазии огромный.

NB
Гость
NB

Извините, Ольга :) «вспоминая пышнотелую, румяную сотрудницу» — этого достаточно и без «удовольствия». Как он ее вспомнил? сразу тело и розовый оттенок лица! а не ее перспективность и работоспособность. Пусть он даже и «мужчина серьезный» — из песни слов не выкинешь! хотя Дед Мороз может))))))

Ольга
Гость
Ольга

Возможно, Вы и правы. Но можно и просто вспомнить Оладушкину по ее внешним отличительным признакам — «пышнотелая, румяная» (без намека на вожделение). Это признаки здоровья, в первую очередь. Внешность румяных и не худосочных людей просто приятна. Но все меняется, если вспоминает мужчина…

Ольга
Гость
Ольга

Н-да, старая я стала. Читаю невнимательно. В первой главе Трифон надеялся на ответный подарок от Проси — смартфон, А она его, похоже, не купила. Так что, найденный Трифонов «старичок» первой модели — это тоже «ляп»