Наталья Дабижа. Подари мне правду

Аффтар, пеши исчо!Так себе!Недурственно!Замечательно!Автор молодец! 5+! (Оценок: 4, средний балл: 2,50 из 5)
Загрузка...

Бокалы, шампанское, аперитив, фото, иллюстрация

 

Текст прислан на конкурс «Художественное слово» 07.04.2017 г.

Об авторе. Наталья Дабижа. «Интерес к писательству проявился в 2016, в процессе работы по Предназначению и признанию своих талантов, следуя отклику сердца…»

 


 

Подари мне правду

 

Весенние вечера особенные. Их, как будто обмакивают в сладкую глазурь и подают вместе с шампанским, в качестве аперитива, чтобы насладиться ощущением, когда в груди распирает от радостного нетерпения и трепещет в ожидании чего-то приятного, головокружительного. Прозрачные деревья, легкий тон пастельных красок и затихающее солнце заплетаются в романтический узор, обещая много счастья и, обязательно, любви и признания. Пьянея от этого коктейля, Иван Шустов спешил домой, чтобы сесть за рассказ для конкурса.

Он был молодым писателем. Писал короткие рассказы, отправлял в журналы, издательства и лелеял мечту написать Книгу, которая будет венцом его творчества и своим существованием оправдает ванино призвание быть писателем. Иван был чуток к себе, старался слушать внутренний голос и даже беседовал с ним, сверяясь в ключевых вопросах. Результатом многочасовых диалогов с собой, и было решение поступить в литературный институт. Получив диплом, юный литератор пустился в самостоятельное плавание, пришвартовываясь то к одному сообществу, то к другому, принимая все стороны профессии, безденежье и равнодушие к своим гениальным произведениям. Его внутренняя струна начинала фальшивить и он морщился от неприятных мыслей: верный ли выбор он сделал, его ли это дорога, не ошибся ли он в главном? Каждый раз, собираясь написать рассказ или очерк, Иван мечтал о Книге. Ему виделось, что он уже знаменит, Книга издана немыслимым тиражом и приносит деньги, славу и поклонение. Идея Книги пока была расплывчата, она много раз менялась. Это должно было быть что-то очень значимое для всех, важное, но в то же время простое, ежедневное, легкое и понятное.

Вот и сегодня все сошлось в идеальную картину: весенний вечер с магией вдохновения, задание на конкурс и пьянящий кураж, пойманный Иваном по дороге через парк. Занеся все это домой с грацией опытного официанта, несущего блюда высокой кухни от шефа, он виртуозно закинул шляпу на крюк и расположился за письменным столом, включил компьютер. «Подари мне правду» — настучал он быстро на клавиатуре и задумался: хотел бы я получить такой подарок?

Вдруг Иван вздрогнул, судорога пробила все тело и он потерял сознание.

 

 

* * *

 

На кухне был сумасшедший дом. Шум, беготня и дым коромыслом. Жарили, резали, мешали, составляли, пробовали, смеялись, хмурились, напевали, ругались, суетились. Иван Шустов остановился в дверях, вдыхая эту смесь запахов и эмоций. Это была его кухня и его жизнь, о которой он грезил, учась в кулинарном техникуме, работая на подхвате, колотясь в ночную смену на заготовках в ресторане, получая отказы и собирая по крохам победы. Он на вершине, ему двадцать семь, он шеф-повар, у него получилось. Много всего пришлось пройти и узнать, чтобы стать этим человеком.

По вечерам ресторан был полон гостей, особенно, в такой волшебный весенний вечер. Иван трепетал от предвкушения кулинарного чародейства, обожал, когда заказывали «блюдо от шефа». Он любил импровизацию, но у не в такой ответственный момент, как этот. Думал, что импровизация хороша в танцах или книгах, а вот на кухне все должно быть хорошо спланировано и отрепетировано заранее, иначе можно загубить репутацию. Поэтому блюдо от шефа было из серии «домашних заготовок», никаких вольностей или экспромтов. Именно это, считал Иван, было его сильной стороной — он все просчитывал, проверял и отрабатывал много раз. И такая последовательность, казалось ему, привела его в ту точку, где он сейчас находился.

«Блюдо от шефа!» — с вызывающим достоинством и театральной паузой провозгласил официант, вбегая на кухню из зала. Иван обрадовался, вечер был в разгаре, заготовки томились в ожидании кульминации, наконец-то. «Сегодня я превзойду себя!» — подумал он, беря именной нож с идеальной для себя ручкой. Нож был его гордостью и славой — он считал его талисманом и дорожил им больше всего на свете. Выбитое имя на лезвие воспринималось, как магический символ, подтверждающий силу владельца. Итак! — взмахнул Иван ножом, обозначив старт и начал писать, как по маслу.

 

 

* * *

 

Иван очнулся на полу, видимо, свалился со стула. Ощущения были странными, вкус железа и звенящая пустота внутри уравновешивались крепко сжатыми пальцами. Что-то непривычное было в правой руке. Не веря глазам, Иван выронил огромный нож с хитрой ручкой. Такого предмета в доме никогда не было. «Я схожу с ума?»- мелькнула искра сознания. Осторожно взял нож, рассматривая. Попробовал лезвие, понюхал, положил на стол, возле компьютера. На широком лезвие ножа была выбита надпись «Иван Шустов». И от этого становилось совсем нехорошо. Иван сел и с опаской взглянул на экран компьютера. Под строкой «Подари мне правду», которую он помнил, как начало рассказа для конкурса, были еще семь авторских листов текста. Он прочитал их не отрываясь и , похоже, даже не дыша.

Была ночь. Иван Шустов не шевелясь сидел перед компьютером и не мог найти ответов на три вопроса: кто написал текст, откуда нож и почему на нем его имя. Текст был фантастически хорош. Он всегда хотел так писать: легко, элегантно, стильно. Но закапывался в частности и мелочи, упрощая главную линию, уводил в дебри размышлений, теряя цельность и меру. Было очевидно, что версия его авторства текста и внезапного провала памяти слишком слабая. При всём желании быть писателем, взять на себя эту ношу Ивану не хватало смелости. И потом ещё нож. Его-то куда пристроить? В этой истории это было самое темное пятно, без каких-либо вариантов версий. Потерявшись в этих невероятностях и пугаясь неизвестного, Иван решил выпить коньяку и отправился на кухню.

На кухне за столом сидела Муза. Перед ней стояла бутылка семилетнего Арарата, две рюмки и блюдце с лимоном. Муза неспешно повернула голову к остолбеневшему в дверях Ивану.

— Ну, наконец-то,- ворчливо сказала приятным бархатным голосом,- не дождёшься тебя… сижу-сижу здесь, а выпить не с кем.

Иван осторожно облизал губы и сел напротив. Разлил по рюмкам коньяк и хрипло спросил:

— Вы Муза?

— Муза, Муза…кто ж ещё ?! Поехали что ли?

Подняла рюмку, посмотрела сквозь коньяк на Ивана, звякнула о его рюмку и залпом выпила. Иван тоже выпил, закусил лимоном. Муза была средних лет, симпатичная, в каком-то балахоне светлого-голубого цвета.

— А Вы любите коньяк?- спросил слегка удивленно Иван.

— А кто ж его не любит?- усмехнулась Муза в ответ- ты ж вон себе не отказываешь, балуешь, а я на вредной работе, мне положено.

— Кем положено?

— Кем надо! Давай по второй,- скомандовала Муза. Выпили по второй. Глаза у Музы заблестели, щеки раскраснелись:

— Спрашивай, раз такое дело,- и лихо подмигнула.

— Почему у меня в руках оказался нож с моим именем? Нет! Сначала: кто написал «Подари мне правду» на моем компьютере?

— И все что ли,- разочарованно протянула Муза,- так я и знала, что писательство не твоё — нет в тебе глубины, размаха, масштаба что ли. Все как-то мелко, штучно, по-бытовому. Ты ж даже на великое и главное не замахнулся, а так…. распутать несуразицу сиюминутную,- и Муза отвернулась в темное окно. В нем она не отражалась и от этого было немного жутковато, но в тоже время, жалко ее и даже неудобно. Помолчали. Муза, прищурившись, продолжила:

— Твой талант — поварской. Ты готовишь с вдохновением, а думаешь, что это результат тщательной подготовки. Пора бы уже открыть глаза и принять это. Но ты сопротивляешься и держишься за миф, как за соломинку, ограничивая себя.

А литература — не твоё. Бросай ты это дело. Видишь, и мне приходится пить из-за этого, а ведь я ещё молодая! Без коньяку я не могу с тобой, не идёт. Как начнёшь высасывать чушь из пальца, мучаюсь, сердце болит, только коньяк и спасает. Так что давай по последней и дело к стороне.

Иван налил, выпили не чокаясь.

— А текст я тебе на память оставила. Чтоб понимал, как писать надо и больше не пробовал. Все ж не чужие, столько лет…

Вздохнула и растворилась в утреннем свете. За окно светало. Начинался весенний день.

 

© Наталья Дабижа, 2017

103

Отзовись, читатель!

9 comments — "Наталья Дабижа. Подари мне правду"

Подписаться на
avatar
Гаянэ
Гость
Гаянэ

Динамично, образно и сурово. Вот так бы ко всем приходила муза и говорила: кому нужно писать, а кому — лучше чем другим заниматься. А то все надеешься на что-то, веришь в свою звезду… А, может, она совсем в другом месте светит? Хоть бы умные люди подсказали, что ли…

Наталья
Гость
Наталья

Гаянэ, спасибо за отзыв. Муза пришла, потому что сильно устала;). Она хочет заниматься любимым делом, а не тянуть обязательства, приносящие разочарования. Конечно, Музы, как правило, имеют немного другой образ и приходят для других целей. Мне кажется, это случается.

Екатерина
Гость
Екатерина

Очень захватывающий и цепляющий рассказ, мне было очень интересно читать. Понравился образ музы и метафоры, переданные через этот сюжет. Название также очень запоминающееся!
Желаю дальнейшего развития, Наталья!!

Наталья
Гость
Наталья

Екатерина, спасибо! Очень ценно для меня.

Анна
Гость
Анна

Муза -героиня нашего времени, легкий алкоголизм И вынужденная прямота!Мне нравица

Наталья
Гость
Наталья

Анна, благодарю. Вообще, Муза непьющая, но объстоятельства….

Анна
Гость
Анна

Увлекательно, интересно написано. Сюжет удачный и очень актуальный в писательской среде. Но встречаются стилистические неувязки, которые умаляют достоинства рассказа. Но потенциал Автора — очевиден. Удачи Вам, Наталья!

Наталья
Гость
Наталья

Анна, спасибо. Тема Предназначения очень актуальна для меня.

Мария
Гость
Мария

Пока шло описание попыток что-либо написать — пунктуация хромала и шаркала аки старый дедок. Но как только пошёл рассказ об истинном предназначении героя, всё выровнялось будто само собой, повествование захватило и читать стало в разы приятнее. Да здравствует «Шеф Адам Джонс»))) с Брэдли Купером… Браво.

wpDiscuz