Владислав Хомутов. Прогулка в тумане

Рассвет, утро, туман, человек, прогулка, фото, иллюстрация

 

Текст прислан на конкурс «Художественное слово» 16.04.2017 г.

Об авторе. Хомутов Владислав Дмитриевич. «Меня зовут Хомутов Влад. Мне 20 лет, живу в г. Саратове и учусь на филологическом факультете СГУ».

 

Вам по душе сайт «Счастье слова»? Он работает без рекламы, на голом энтузиазме! Поддержите его владельца, купите сборник лирических рассказов «Многоточия»! Всего двести деревянных! Сюда, пожалуйста.

 

Прогулка в тумане

 

Никак не могу уснуть. Поднимаюсь и иду к письменному столу. Устало выдвигаю стул, сажусь и беру ручку. Грызу её. Ничего не приходит в голову. Обречённо гляжу на стопку черновиков в углу. Хочу яростно подскочить к ним и разорвать на мелкие кусочки. Нет, это ничего не даст. Угрюмо вздыхаю и подпираю лоб ладонью.

Месяц прошёл с того момента, как меня впервые напечатали. Два года кропотливой работы не прошли даром. Я требовал от себя невозможного: стать лучше остальных. Я не жалел себя, чтобы выработать неповторимый стиль, сделать каждое своё слово острым кинжалом, хладнокровно пронзающим человеческие сердца, я проливал собственную кровь, и бумага жадно впитывала её, чтобы открыть читателю настоящую силу искусства. Но теперь у меня нет ни одной достойной идеи, которую не стыдно воплотить в словах.

Я снова смотрю на безобразную стопку беспорядочного бреда. В кого я превратился? Какие бездарные рассказы! Жгучая ненависть пульсирует по всему телу. В моей жизни ничего не происходит. Внутри этих одиноких стен царит непростительный хаос, как и в моей голове. Как это отвратительно. Раньше у меня были мечты, я что-то искал, уже не помню что, я стремился к славе и совершенству, но что теперь? Что теперь? Пустота, и ничего более. Неужели конец? Я больше не могу писать?

Нужно проветриться. Пока я тратил время на бесплодные рассуждения, наступило четыре часа утра. Одевшись, я спускаюсь по лестнице и открываю дверь в давно забытый мной мир. Туман. Всепоглощающий туман, который держится в городе почти месяц. Очередная аномалия, вызванная безрассудным поведением человечества. Я вступаю в этот мир и направляюсь в парк. Ни одного рабочего фонаря. Кажется, прошли часы, но я знаю, что это обман. Какой же густой этот туман.

Холодно. Я смотрю на небо, я знаю, что солнце там, наверху, но я вижу только пустоту. Чувствую себя неуютно, словно мнительный меланхолик тревожно озираюсь вокруг, ожидая нападения со всех сторон. Ноги куда-то несут меня всё быстрее и быстрее, я не понимаю, куда бегу. Вдруг я сталкиваюсь с кем-то или с чем-то, голова раскалывается от удара, а в глазах искры. Придя в себя, вижу сидящую передо мной девушку, которая потирает лоб, постоянно поправляя русые волосы, спадающие ей на лицо. Я помогаю ей встать, и, когда она открывает глаза, мгновенно отступает от меня. Я бы тоже испугался, посмотрев на себя со стороны. Возбуждённый вид, красное от удара лицо и злобный взгляд. Как же я глупо выгляжу. Совсем забыл, как вести себя с людьми. Какие красивые у неё голубые глаза.

Стараюсь выглядеть естественно, шучу, и она смеётся, тревога покидает её, и тогда я смеюсь в ответ. Мне нравятся её тонкие губы и чистый смех, оглашающий пустынную улицу. Она предлагает пройтись по парку, и я соглашаюсь. Её зовут Алиса. Всегда хотел встретить девушку с таким именем.

— Олег? Тот самый, что написал «Бесконечный цикл»?

Я слышу искреннее восхищение в её голосе. Признаюсь, мне это льстит. Но самое удивительное то, что Алиса читала мой рассказ. Она выписывает литературные журналы? Интересно.

Алиса различает в тумане скамью, и я предлагаю присесть, так как мне нужно отдышаться после моего длительного монолога, связанного с «Бесконечным циклом». Пока мы отдыхаем, она обнаруживает слабые места в рассказе, и, удивлённый точностью её аргументации, я соглашаюсь во всем, хотя внутри меня разгорается воинствующее пламя обиженного новичка. Алиса беспощадно подбрасывает дрова в огонь, и я больше не могу терпеть такое отношение. Мы спорим, страстно и горячо спорим, да так, что рыщущие в поисках хлеба воробьи шумным пятном вспорхнули в воздух и исчезли в тумане. Сколько же в ней энергии и ума! Алиса, ты пробудила меня ото сна. Я давно не чувствовал себя таким живым.

Я использую свой последний аргумент, она по-детски кривит губы, хмыкает и отворачивается от меня. Спор завершился ничьей, и мы не ненавидим друг друга, как какие-нибудь самовлюблённые школьники, наоборот, мы чувствуем, что стали намного ближе.

— Прости, Олег, мне пора. Может, если тебе так хочется доказать свою правоту, почитаешь мне что-нибудь из своих рассказов завтра? Тогда и посмотрим, выйдет ли из тебя настоящий писатель.

— С удовольствием. Встретимся здесь же?

— Да, здесь, в это же время. До завтра! — Она грациозно поднимается со скамьи, и завистливый туман прячет Алису от моего восхищённого взгляда. Не выйдет, ты у меня её не отнимешь! Я быстрым шагом возвращаюсь домой.

Не раздеваясь, я вихрем мчусь к черновикам, вынимаю из стопки какой-то порванный листок и с воодушевлением принимаюсь за работу. Я не понимаю, что происходит, слова сами появляются на бумаге. Я продолжаю писать, но не ради себя, как я писал прежде, не ради того, чтобы кто-то меня понял, а ради Алисы. Я хочу, чтобы мои слова стали её проводником. Я хочу поделиться с ней частью своей души, которая будет согревать её в минуты отчаяния и всепоглощающей тоски, когда рядом нет никого, кто бы смог поднять тебя с колен и возродить в твоём сердце любовь к жизни.

Вдруг я оказываюсь в незнакомом месте, кроме выжженной земли здесь ничего нет. Я строю из серых камней крепость вокруг себя и мне приходит мысль, что крепость представляет собой правильный треугольник. Словно загнанный зверь я мечусь из угла в угол, толкаю стены, но они словно приросли к земле. Что же делать? Я смотрю наверх и вижу парящую в воздухе белую орхидею. Я тянусь к ней, но она улетает прочь от меня. Подожди! Дай мне схватить тебя!

Неужели я уснул? Пора идти в парк. Я беру с собой готовый рассказ и покидаю холодную квартиру. На улице горят отремонтированные фонари. Их свет направляет меня в густом тумане.

Похоже, я пришёл раньше времени. Наконец, из тумана выходит Алиса, и я с неописуемой радостью бегу ей навстречу. Она краснеет, я тоже. Веду себя как ребёнок. Алиса смеётся, тепло обнимает меня, и я забываю про свою оплошность. Мы садимся на ту же скамью, и я предлагаю ей послушать мой новый рассказ. Алиса соглашается. Я поспешно достаю из кармана рукопись и, стараясь подавить волнение, начинаю читать.

Никогда мной не овладевало столько чувств одновременно. В моих словах свирепствует буря, сменяющаяся безмятежным штилем. Моё сердце горит священным огнём, и только хладнокровный разум не даёт ему сжечь меня всего. Я вижу, что Алиса неподвижно слушает меня, слегка приоткрыв рот, и только в ангельских глазах сверкают необычные искорки.

— Я бы никогда не подумала, что так… Ты знаешь, я всегда чувствовала, что именно такова настоящая любовь, но никогда не могла выразить это словами. И эти слова о сострадании! Ты словно мысли мои читаешь! Это великолепно! Браво!

— Я старался, — скромно отвечаю я и предлагаю прогуляться.

Мы путешествуем сквозь царство тумана, обсуждая современную литературу. Я гляжу Алису, любуюсь маленьким носиком и хочу поцеловать её в щёку, но не решаюсь. Ах, если бы мы всегда были рядом!

Вдруг из тумана появляется незнакомец, приветливо улыбается Алисе и уходит в сторону нашей скамейки. Кто это был? Я замечаю в глазах Алисы те же искорки, с которыми я познакомился, когда читал свой рассказ. Она знает этого человека? Может, они как-то связаны? Нет, мне, наверное, показалось. Подождите, я, что же, ревную? Что за глупости.

Мы расстаёмся у входа в парк, и Алиса обещает встретиться со мной завтрашним утром. Я возвращаюсь домой и живу только ради встречи с Алисой. Я пишу для неё новый рассказ. Он ей непременно понравится.

Утро. Я встаю с кровати и собираюсь в парк. Что же Алиса скажет насчёт этого рассказа? Я одеваюсь и по памяти бегу к нашему любимому месту сквозь туман. Проходит час. Я продолжаю ждать Алису. Может, что-нибудь случилось? Я вспоминаю, что вчера записал её номер. Но почему она не отвечает? Как же здесь холодно. Я жду ещё пару часов. В конце концов, я понимаю, что более ждать бессмысленно, и разочарованный возвращаюсь домой.

Она не приходила ещё несколько дней. На четвёртый день, когда я совсем отчаялся снова встретиться с Алисой, я нахожу на скамье письмо. Она пишет, что встретилась с тем незнакомцем и влюбилась в него. Если бы не я, она бы никогда не поняла, что это её единственная любовь. Они действительно знали друг друга уже несколько лет, и он давно пытается добиться её руки, но только теперь Алиса способна полюбить по-настоящему, и всё благодаря мне. Она просит понять её и желает мне счастья.

Я всё ещё смотрю на письмо, хотя давно его прочитал. Я не знаю, как с ним поступить. Я смотрю на то место, где лежало письмо, и вижу белую орхидею. Я медленно протягиваю к ней свободную руку и нежно беру её. Неужели мои слова изменили человеческую судьбу? Неужели я больше никогда не встречу Алису? Насмешливый ветер вырывает из руки письмо, и оно исчезает в тумане. Во мне просыпается звериная ярость. Я хочу сломать скамью, сжимаю кулаки и чувствую боль, причиняемую орхидее. Нет, это ни к чему не приведёт. Пусть Алиса будет счастлива. Мне здесь больше нечего делать. Я возвращаюсь домой, и фонари позади меня гаснут.

Снова одинокие серые стены. Я ставлю вазу с орхидеей у входа и сажусь за письменный стол. Хочу что-нибудь написать, но для кого? Что-то тянет меня к окну. Я гляжу в сторону парка и вижу, как в нашем любимом месте загорается зелёный огонёк. Что это? Как красиво. Я вижу, как в тумане загораются другие фонари. Куда они могут меня привести? Я хочу знать! Столько неизведанных мест, столько незнакомых мне людей! Завтра я пойду туда, где светят фонари, но сейчас я должен писать.

Я сажусь за стол и беру ручку. Я начинаю новый рассказ.

 

© Владислав Хомутов, 2017

Услуги опытного редактора, а заодно и корректора через Интернет. Ваш текст причешет и отутюжит Олег Чувакин. Вам сюда!

Подписывайтесь на «Счастье слова» по почте!

Email Format
87

1
Отзовись, читатель!

avatar
1 Ветка отзывов
0 Ветка ответов
0 Подписчики
 
Наибольшее число ответов
Горячая тема
1 Число отозвавшихся
Стелла Странник Авторы последних отзывов
  Подписка  
Подписаться на
Стелла Странник
Гость
Стелла Странник

Вы постарались как можно глубже описать внутренний мир писателя, используя при этом такой ход: создать внешний мир, не заслоняющий внутренний. Вот почему и появился туман, скрывающий от нашего взгляда все, окружает человека и заставляющий смотреть только в одном направлении – на героя, точнее, в его душу.
Даже последующие эпизоды, когда уже и появились фонари, ничего не изменили. Мы послушно, как того и требует автор, созерцаем внутренний мир героя, волнуемся вместе с ним, переживаем.
Теперь о «Я», то есть, эго. Погружение в него совсем не значит, что нужно повторять в каждом предложении местоимение «я». Обратите внимание на этот кусочек текста:
«Я всё ещё смотрю на письмо, хотя давно его прочитал. Я не знаю, как с ним поступить. Я смотрю на то место, где лежало письмо, и вижу белую орхидею. Я медленно протягиваю к ней свободную руку и нежно беру её».
Или этот:
«Я сажусь за стол и беру ручку. Я начинаю новый рассказ».
Ничего не изменится в худшую сторону, если вы запросто уберете некоторые «я».
Вот перечитайте себя:
«Я возвращаюсь домой, и фонари позади меня гаснут».
И то же самое:
Возвращаюсь домой, и фонари позади меня гаснут.
Успехов, автор! И не вешать носа! Вы так молоды! У вас все еще впереди!