Ольга Романова. Я вижу Свет издалека…

Ольга Романова, Я вижу свет издалека, фантастический рассказ

 

Текст прислан на конкурс «Художественное слово» 25.02.2017 г.

Об авторе. Ольга Романова (псевдоним). Родилась в Пензе в 1970 г. в семье художников. В 1988 г. с отличием закончила Пензенское художественное училище им. Савицкого. В литературу, споткнувшись о жизнь, упала в 2011 с первой фантастической повестью «Странник. История моей жизни, или Пособие для начинающего художника». Печатается с 2016 г. (альманах «Литера К. Рассказы. Новеллы. Фельетоны. 2016»; журнал «Российская литература», №4; альманах «Писатель года 2016», том №7). Номинация на премию «Писатель года 2016». Член Творческого союза художников, член Клуба мастеров современной прозы «Литера К». Свободный художник.

 

Вам по душе сайт «Счастье слова»? Он работает без рекламы, на голом энтузиазме! Поддержите его владельца, купите сборник лирических рассказов «Многоточия»! Всего двести деревянных! Сюда, пожалуйста.

 

Я вижу Свет издалека…

 

Я вижу Свет издалека:

Его венчают три дороги.

Оставим скучные тревоги

Мой друг….

 

Поэт улыбался в предчувствии строк, тайной сходящих в душу из Великого Ниоткуда, чтобы родиться на белом листе чистой, возвышенной мыслью. Всякий раз, касаясь пера, он ждал, надеялся, что чудо случится: из ничего родится удивительное, иррациональное нечто, не подвластное земным законам; словно ангел, пролетая над миром, тихой печалью коснётся земли, соединяя пространства.

Летнее утро, беспечное, по-детски наивное (как только может быть утро летом, когда пригретая солнцем манящая жизнь, каждым мгновением, славит Творца), тихим шёпотом тёплого ветра постучалось в скромную келью: «Здравствуй, Поэт».

— Здравствуй, доброе утро. Я видел: в бескрайних, тягучих туманах бродит крылатый Пегас. Чуть слышным журчаньем ручьёв, брызгами счастья шепни ему в ухо: «Друг тебя ждёт». Мы вместе, как прежде, помчимся навстречу мечте в далёкое детство, где люди — как боги, добры и наивны, где небо так близко, а звёзды большие, где смерти нет, где….

— Только жизнь, — вторило звонкой малиновкой Утро.

Утро любило Поэта — пророка любви, дарившего его своей улыбкой, когда зарёй окрашенный восток на всю вселенную провозглашает Слово. Утро жалело Поэта — безнадёжного странника; вечный скиталец в мире кровавых рассветов, мир приносящий и миром гонимый ребёнок. Утро хранило Поэта золотистым туманом далёких, счастливых миров, надмирным Эдемом, куда возвращаются души, пройдя сквозь земное горнило.

Поэт любил тишину: в тишине рождались заветные строки. Суетность мира, как бой барабанов, срезает небесные струны. Голос неба в журчанье ручьёв, дыхании ветра — там, где покой, чистота и любовь, — нужно только услышать.

Свет, застывший в каплях росы, бархат неспелых яблок, недвижная гладь отражённого неба — мир преходящий и вечный в сознании Вечного: чудо случилось. Строки метнулись — резвые кони, молнией мысль озарила пространство и время. Гордый Пегас расправил белые крылья…

— Спасибо….

 

 

* * *

 

— Сашка, чёрт окаянный! Опять мараешь бумагу!? — пронзающий сердце крик Зинаиды Степановны из соседней железной клети врезался в тишину как танк, круша и ломая гармонию летнего чуда. — Когда же закончится это безобразие! У всех — ночь, а у него, понимаешь ли, солнце светит, птички поют! Прикрой вентиляцию, ирод! Твой свет мешает нам спать!

— Зиночка тише, — зашептал на жену Семён Семёнович. — Свет — не худшее в нашей жизни. Мы не видели солнца с Великой Трёхдневной войны; всё зима да зима….

— Ну и что, что зима. Зато как у всех!

Семён Семёнович Борщиков тихо вздохнул, не смея перечить супруге.

— Нам ещё повезло, — думал он, лёжа на жёстких, казённых нарах подземного убежища. — Десять тысяч счастливчиков укрытых от сгоревшего в ядерном апокалипсисе мира бетонными плитами, лишённые света, на скудном пайке, — не большая плата за жизнь…. Господи, кого я обманываю? Навозные черви и то счастливее нас.

Семён Семёнович тихо заплакал.

Где-то глубоко внутри, там, где душа бьётся о ватные стены глухого сознанья, Семён Семёнович отчаянно завидовал Поэту, чья вера рождала новое утро снова и снова. Как давно это было: синее небо, высокое солнце, чистый прозрачный воздух, пьяный от летних трав….

— Мы всё потеряли….

Втайне от всех, он тоже писал стихи: об утраченном мире, о жизни, лишённой смысла, несбывшихся надеждах, непознанной любви. Мысль, что и он немного поэт, согревала робкое сердце отставного полковника.

Свет из вентиляции погас. В воцарившейся тьме, Семён Семёнович Борщиков тихо придвинулся к потному телу супруги и робко спросил:

— Может нам пригласить его в гости? Всё-таки, двадцать лет как соседи….

— Вот ещё взял: звать сумасшедшего в гости, — Зинаида Степановна громко зевнула. — Завтра пожалуюсь управбункеру. Пусть поставит вопрос о выселении его наверх, в «любимые дали», подальше от нормальных людей. Хватит с нас его света!

— Он же погибнет….

— Тебе-то что, спи.

Семён Семёнович Борщиков снова вздохнул и послушно закрыл глаза. Привычная тьма сошла в его сердце. Он тихо уснул, не смея перечить супруге.

 

 

* * *

 

Творчество — есть Тайна, рождающая миры, область за гранью, где поверженный разум покорно безмолвствует, признавая своё бессилье. Мир вне времени, где прямая и круг — суть единого. Путь к совершенству — лестница к небу, где последняя веха всегда будет первой. Человек — сопричастник предвечной гармонии. Рождённый свободным, что выбирает он? Тьму. Сожжённый Эдем, где властвует время, где боль как спасение падшей душе. Раб похоти, предавший душу, бичующий и мучимый огнём желаний. Лжегосподин на миг, приговорённый к смерти. Что создал он? Мир проклятый, пустыню смрада; преступник и палач в одном лице, он сам приговорил себя к пожизненному сроку, отринув Свет.

Плач ангелов доносится с небес. Плач по потерянному сыну, заблудшему во тьме, в беспамятстве: кто он, откуда. Песчинка в чёрном океане страха, безумец, позабывший дом, откуда вышел он во тьму порока.

Кто скажет падшему, что тьма — не мир, в котором он, слепец по жизни, существует? Что сделать, чтобы музыка небес вошла гармонией глухому в душу? Как быть, когда весь мир шагает в ногу к бездне?

Небо рождает Поэта — пророка любви, отдавая невинного в руки безумцев, чтобы глаголом жёг он остывшие души, наполняя ветхий сосуд надеждой и верой. Чтобы пламенем сердца освещал он дорогу идущему, жертвой своей вывел из мрачного ада.

Почему же, как дикие звери, кусаем руку дающего? Почему кричим, ослеплённые злом: «Ату его! Распни!»

Вы тоже поэты? Почему же так мерзок ваш крик?

 

© Ольга Романова, 2017

Услуги опытного редактора, а заодно и корректора через Интернет. Ваш текст причешет и отутюжит Олег Чувакин. Вам сюда!

Подписывайтесь на «Счастье слова» по почте!

Email Format
94

2
Отзовись, читатель!

avatar
2 Ветка отзывов
0 Ветка ответов
0 Подписчики
 
Наибольшее число ответов
Горячая тема
2 Число отозвавшихся
Аннабывшая мама Авторы последних отзывов
  Подписка  
Подписаться на
бывшая мама
Гость
бывшая мама

очень поэтично. спасибо автору. жаль, что тема не очень располагает к поэзии.. но все равно спасибо

Анна
Гость
Анна

Текст изобилует поэтическими выражениями. Это говорит о начитанности автора. Но выражения громоздки и , порою, теряют в конце свой смысл , создавая сумбурность. Нет чёткости и сторойности мысли , правильного построения предложений , что и является причиной синтаксических и грамматических погрешностей. В рассказе нехитрый , простой сюжет. Две части- это размышления автора. Имея поэтически потенциал, автор имеет возможность создавать красивые лирические произведения, если будет отлажен стиль, сторойность мысли и правильное пользование литературным словом.